"Отвертка для Золушки"

Есть для этого другие кандидаты…

  Договорить – какие именно, я не успела. Марко привел Коломбу и принес записи. Кошку он не нашел. Вредное животное благоразумно где-то затаилось.

Может, оно и к лучшему. 

Ловить механических соловьев в доме маэстро  - не самое приятное занятие.Да и трех пар детских рук для одной кошки явно многовато – загладят до смерти. Девочка, конечно, поноет – но наличие «братца» быстро ее утешит. 

Впрочем, первым ныть начал Марко. И то сказать, сидеть взаперти с кучей ребятишек –это не кошельки тырить.

- И почему в няньки вечно попадаю я? – горестно вопрошал мальчишка. – Ладно, одна Коломба! Я к ней уже привык. К тому же, девочку я своими руками из гостиницы вытащил. А зачем мне еще двое?

- А незачем было дразнить Беппо! – вздохнула я. – Кто обещался его высечь? Вот и сиди теперь тихо! Пока он тебя не выловил и сам этого не сделал.

- Хм! Это еще не самый худший вариант – сказал Поджио. – Сдается мне, что он просто мечтает тебя придушить! Пока ты не успел никому рассказать, как вы с синьорой его гоняли.

  Продолжая препираться и выяснять, кто из присутствующих бОльший дурак, мы незаметно дошли до дома господина Эдгардо. Я отправилась сдавать записи и знакомить хозяина с его постояльцами. А Поджио остался сидеть в кустах – в качестве сторожа и наблюдателя. Я пообещала ему, что честно расскажу про все механические чудеса, и постучала в дверь…

К счастью Рикардо до сих пор не появился. Надо отдать должное маэстро Кристофоло – он не кинулся к рукописям, как голодающий к куску хлеба, а проявил выдержку.

И даже успел показать Коломбе какую-то музыкальную игрушку. Девочка тут же повеселела и принялась танцевать.Я проводила ребят в их комнаты и быстренько исчезла. Рассказывать маэстро про дядюшку Юлиуса я пока не стала. И так на него внезапно упало пять голодных ртов. И необходимость надежно спрятать не только наших беглецов, но и свои бесценные рукописи. Попробуем сначала сами что-нибудь придумать. Правда, ничего умного в голову пока не лезло. В ней занозой сидела только одна мысль – как мне теперь разговаривать с Рикардо?

Мы с Поджио возвращались в убежище, город вновь зажигал огни, над каналами взлетали и рассыпались веселые фейерверки, а я шла, погруженная в свои грустные раздумья. Ярость, охватившая меня, как только я узнала, что Рикардо уходит к Мариучче, постепенно растаяла. Осталась только тоскливая горечь и злость на саму себя.