"Отвертка для Золушки"

Перед храмом стояла высокая колонна, увенчанная мраморным крылатым львом. На подножие этой колонны я и умудрилась вскочить, чтобы хоть на минутку перевести дыхание и, как следует, оглядеться.Музыка гремела с разных концов площади, а сияние множества фонарей все же не могло дотянуться до всех ее краев. Поэтому освещенные места перемежались с густой тенью. Резкие тени подчеркивали огромные носы и глубокие глазные впадины, проплывающих подо мной масок. Строгие черные плащи с кружевными пелеринами перемежались с радужными накидками и словно бы сшитыми из сотен разноцветных лоскутков облегающими костюмами.

Мальчишка, похожий на юркую пеструю ящерицу, заметил меня, подлетел и дернул за юбку, требовательно и насмешливо прокричав что-то на своем языке. Насколько я поняла, он спрашивал, почему я вышла на площадь без маски. Вместо ответа, я наклонилась к нему, изо всех сил стараясь вспомнить нужные слова. Я уже почти твердо знала, в каком месте очутилась, но мне нужно было точно в этом удостовериться.

- Qual è la fermata cittadella?

Кажется, мальчишка меня понял.

Удивленно пожал плечами, черные глаза гордо блеснули в прорезях маски.

- La Serenissima! – почти торжественно произнес он.

И протараторил целую речь, в которой назвал свой город Блистательной Королевой Адрии, Светлейшей Страной Мостов и Каналов.Добавив еще десяток столь же лестных для этого края эпитетов.

- Серениссима, - прошептала я. – Легендарный город на воде… Город музыки, романтики и вечного праздника.И вздохнула, подумав, что праздник это, конечно, прекрасно.

Но не сейчас и не для меня! Отец когда-то говорил, что самое страшное одиночество – это одиночество посреди карнавала. Теперь я вполне с этим согласна.

В полной растерянности я спрыгнула с подножия колонны. Мальчишка уже умчался в неизвестном направлении. Куда же мне идти дальше? К кому обратиться за помощью в этом веселом беспечном городе? Незваную гостью из чужой страны во мне пока что не обнаружили и, пожалуй, это хорошо. Спасибо моему полуцыганскому облику и расписной юбке с корсажем.

Но рано или поздно мне придется искать здесь еду и ночлег. А в карманах, как назло, не завалялось ни одной монетки. Стоило мне только подумать про еду, как в животе тут же предательски заурчало.

Я почти с отчаянием оглядела пляшущую и хохочущую толпу. И вдруг заметила среди бесчисленных плащей, масок и треуголок с плюмажем вполне обычную шляпу. Высокую, с медной пряжкой и широкой тульей, похожую на те, что носили в наших краях.