"Отвертка для Золушки"

Мичио невозмутимо стояла на круглой клумбе возле фонтана, насмешливо изогнув спину. Одну лапу, как и подобает уважающей себя кошке, она брезгливо подняла, стряхнув каплю росы.

- Мя-яу! – еще слаще пропела Мичио и исчезла в темноте.

Мопсы, хрюкнув от такого невиданного оскорбления, бросились за ней.Через секунду мы услышали истошный лай, переходящий в жалобный визг. Так верещать мог только изнеженный домашний питомец, которому впервые в жизни вцепилась в нос серая разбойница!Остальные мопсы, трусливо подвывая, разлетелись по саду.

Кошка гоняла их, как свирепый боцман нерадивых матросов! То и дело, охаживая когтистой лапой по жирным спинам. Толстяк в шляпе, охая и задыхаясь, метался между ними, то пытаясь согнать псов в кучу, то ругаясь на Мичио последними словами. Аккуратные клумбы выглядели теперь так, словно по ним пробежалось стадо боевых слонов восточного султана.Наконец, кошка грациозно взлетела на ствол ближайшей пинии, потом перемахнула на иву и скрылась в кустах. Мопсы ринулись туда, Бруно – за ними! Но Мичио уже и след простыл. Бруно, забыв про хозяйский гнев, пинками погнал псов в дом. Путь через сад был свободен!

Мы быстрым шагом пересекли его и, повинуясь указанию Мариуччи, скользнули в темноту одного из арочных проемов. Там в стене дома обнаружились две двери. Из-за одной из них, неплотно прикрытой, доносилось хлопанье пробок, хохот и нестройное пение.

- Праздник продолжается, - прошептала девушка. – И у вас есть время, чтобы осуществить задуманное.

Рикардо обнял сначала меня, а потом Поджио.

- Очень не хочется произносить эти слова, но дальше вы пойдете сами… Мне придется остаться здесь. Буду с нетерпением ждать вашего возвращения, и попутно караулить выход, чтоб никто из слуг не смог броситься по вашему следу.

Поджио солидно кивнул.

- Крепкий тыл для разбойника - главное! Рикардо, да не переживай ты так сильно! Никто не виноват, что умением крушить сейфы в нашей маленькой дружной шайке владею только я. Николетта, вперед!

Мариучча щелкнула ключом.

Я улыбнулась Рикардо и шагнула вслед за взломщиком в прямиком в неизвестность.

Неизвестность оказалась ведущей на второй этаж каменной лестницей с высокими ступенями. Наверху она переходила в длинную и широкую галерею. В этот час там было совсем пусто и тихо. Мечущееся пламя факела в руке девушки выхватывало то белую мраморную голову какой-нибудь статуи, то тусклый блеск рыцарских доспехов, то пестрый узор мозаики.