Мракоборец

Его изъеденные грибком пальцы также иногда судорожно сжимались, будто он в своем сне отбивался от кого-то.

- Я могу попробовать отправиться за ним. Знаю, как все делается в теории, но на практике никогда не путешествовал за край сознания. Можно, конечно, понадеяться на Владыку, вдруг он его отпустит и вернет в мир живых.

На улице появилась заплаканная женщина с грудным ребенком, который был привязан у нее за спиной ремнями. Она робко переминалась с ноги на ногу, оставаясь в небольшом отдалении от часовенки, и то и дело поправляла сползающий кокошник.

Нацепила она его явно второпях, забежав в хату. На головном уборе были вышиты несколько изображений единорогов, которые считались символом надвигавшейся смерти. Женщина, вероятно, берегла его для своих похорон, но теперь была в такой растерянности от неопределенности своего будущего, что подсознательно уже воспринимала недалекую кончину как нечто само собой разумеющееся. Да, это была жена внезапно обмершего.

- Тебе, может, каких отваров принести или грибов? – вопросил Ясь.

- Да нет, мне никаких ваших колдовских зелий не нужно. Все достигается лишь молитвами.

Я слукавил. Основным элементом или той щепоткой волшебства, которая завершала произнесенные слова, было собственноручное пережатие сонной артерии. Без этого предавайся ты молитвам хоть несколько дней – запечатанные двери Иномирья не приоткроются ни на вершок. Произнесенные поначалу фразы создавали в помещении своеобразную атмосферу, пропитывали ее той аурой, которая блокировала еще не случившиеся атаки на мою душу.

Это был не прочный бастион, но некий оградительный барьер, так, лишь скромная подножка одному солдату на пути целой армии. И все же она давала немного времени, чтобы собраться с силами и заготовить более мощный отпор.

- Мне выйти? – Ясь не знал, то ли ему продолжать пытать меня расспросом подробностей, то ли ретироваться поскорее, пока его не сожгла какая-нибудь особо извращенная аура. – Ась, мил-человек?

А ведь он абсолютно прав. И я, и Феоктист, и часовенка скоро выпадут из астральной проекции этого мира.

Нет, нас, конечно, будут видеть на том же месте, но подошедший к нам может оказаться не подле места для молитвенного уединения, а прямиком в локусе воздаяния блудницам за грехи. Жена Феоктиста не зря держалась в отдалении.

- Ну, если хочешь отправиться вместе со мной, милости прошу, – я косо улыбнулся и исподлобья глянул на трясущегося человека.

Крестьянин сломя голову выскочил из часовни.