Браконьер

Сначала он только прислонился к ручке скамьи, но потом, видя, что сидевший на скамье господин не смотрит в его сторону, решился сесть на другом конце. Сидевший на скамейке господин был в утренней тужурке la militaire и в черном галстуке.

В руках, обтянутых светлыми перчатками, он держал тоненькую тросточку и задумчиво чертил ею на песчаной дорожке круги и узоры. Ростом он был футов шести и очень хорошо сложен. Черты лица его были замечательно красивы, темные волосы кудрявились от природы сами, а усы и бакенбарды (в то время все военные так носили) были старательно выхолены.

Но при всей своей счастливой наружности он далеко не казался человеком из высшего общества, не имел вида утонченного джентльмена. Манерам его недоставало известной выдержки, той retenue, которая характеризует людей высшего круга. Проходившие мимо няньки с детьми восклицали: «Какой красивый барин сидит!», но никто из более высокого класса не назвал бы его барином, а сказал бы просто: «Какой красивый мужчина!» На вид ему было лет тридцать пять, а в действительности, может быть, и больше. Бросив чертить палкой по песку, он оглянулся кругом себя и увидал Джо на другом конце скамейки.

– Надеюсь, ты чувствуешь себя довольно удобно здесь, мальчик, – сказал он. – Но только ты, кажется, совсем забыл, что тебя послали по делу.

– Меня никуда никто не посылал, сэр, потому что я никого здесь не знаю, и себя я вовсе не хорошо чувствую, а умираю с голода, – отвечал дрожащим голосом Джо.

– Ты это серьезно говоришь или только морочишь меня?

Джо покачал головой.

– С позавчерашнего утра я ничего не ел и чувствую теперь слабость и тошноту, – отвечал он.

Новый знакомый серьезно и пристально посмотрел в лицо мальчику и, должно быть, удостоверился, что тот говорит правду.

– Клянусь спасением моей души, – вскричал он, – немножечко хлеба с маслом было бы для тебя очень невредно. Вот, – продолжал он, опуская руку в карман тужурки, – возьми себе эту медную мелочь и сбегай поскорее – купи себе чего-нибудь поесть.

– Спасибо, сэр, большое вам спасибо.

Но только я не знаю, куда пойти: я только два дня, как приехал в Лондон.

– Так ступай за мной, если ноги тебя еще носят, – сказал господин.

Идти пришлось недалеко: у входа в Спринг-Гарден стоял торговец с горячим чаем, булками и маслом. Джо в пять минут успел утолить острый голод.

– Лучше ли ты себя теперь чувствуешь, петушок?

– Лучше, сэр. Благодарю вас, сэр.

– Прекрасно. Теперь пойдем опять сядем на скамейку и поговорим.