Браконьер

– Ты уж их достаточно размял сегодня, Пат, – возразил было отец, – ты утром исходил, по крайней мере, тридцать миль по горам, когда охотился.

Но Патрик не слыхал слов отца. Он уже был таков и перепрыгивал через каменную загородку, отделявшую огород его отца от владений Корнелиуса Мэк-Крэ.

– Джюдита, – сказал он своей возлюбленной, – я не знаю, как вам и объявить… у меня сердце готово разорваться. Завтра утром я с вами расстаюсь. Уезжаю отсюда.

– Патрик, вы это так только говорите. Вы шутите.

– Какие шутки! Меня записали прапорщиком в полк.

– Я умру, Патрик.

– Скорее же я умру от горя, тем более, что к горю легко может присоединиться пуля или пушечное ядро.

– Что же вы думаете делать, Патрик?

– Думаю пока ехать в полк. Мне нельзя иначе, я завишу не от себя. Потом вернусь. Мое сердце разрывается от части.

– А мое уже разорвалось, – рыдала Джюдита.

– Милочка, не надобно плакать. Этим не поможешь. Если только будет малейшая возможность, я вернусь и буду плясать на собственной свадьбе.

– Только эта свадьба будет у вас с другою, а не со мною, потому что я буду тогда лежать в сырой земле.

– Ну, я рассчитываю не на такой конец. Однако мне нужно идти домой. Выходите вечером к шалашу.

– Неужели же это так необходимо вам ехать? – продолжала Джюдита, вытирая передником слезы.

– Что же делать? Посылают. Но я вернусь полковником.

– Тогда вы и смотреть на Джюдиту Мэк-Крэ не захотите, а не то что жениться на ней.

– Потише, Джюдита, вы задеваете мою честь. Даже если я генералом сделаюсь, я на вас женюсь.

– О, Патрик, Патрик!

Патрик обнял молодую девушку, поцеловал и поспешил домой, напомнив ей:

– Смотрите же, не забудьте: вечером у шалаша.

Дома он застал мать и сестер в слезах. Они пересматривали и собирали его гардероб, о, очень скромный. Отец сидел у камина и, увидав сына, сказал ему:

– Подойди сюда и сядь. Я тебе дам несколько советов, а то в Дублине у нас, пожалуй, и времени не найдется поговорить.

Патрик сел на стул и приготовился слушать.

– Ты, я думаю, и сам знаешь, Пат, что быть офицером королевской армии очень хорошо и почетно. Никто тебя не посмеет тронуть, зато ты можешь тронуть, кого захочешь. Этим все сказано.

– Правда, – согласился Патрик.

– Находясь в неприятельской земле, ты, если сумеешь хорошенько высмотреть что нужно, можешь собрать себе недурную добычу.

– Верно, – согласился Патрик.