Жажда приключений и тысяча способов её избежать

Само присутствие такого заведения в городской черте сильно раздражало знать, однако официальных причин для разгона не было, вот кто-то из чистоплюев и додумался свалить грязную работку на авантюристов. Впрочем, Гур не особо-то и против был. У него уже созрел чудовищный в своём идиотизме план проникновения в цирк с последующим саботажем.

Сорвав листок с доски, он направился к Ронде, которая сразу насупилась, заметив его. Видать, уже предчувствовала что-то нехорошее.

— Вот это оформите, пожалуйста, — выдавил из себя Гур, стараясь не смотреть на её полное скептицизма лицо.

— Уверен, что справишься? — протянула она. — Возможно, придётся подраться.

— Вообще-то я полноценный авантюрист! — заявил Гур, поправляя свою потёртую кожаную броню, стараясь при этом погромче звякнуть висящим на поясе тесаком.

— Авантюрист он, ага. Иди давай, авантюрист. Смотри не сдохни там какой-нибудь идиотской смертью, — пожелала ему вслед Ронда.

Некоторые прочие искатели приключений перешёптывались и заглядывались на проходивших мимо Гура и Боба.

Сплетничали, гадали, какое же невероятное приключение ожидает эту парочку сегодня. Орк сомневался, что хоть кто-то из них догадывается обо всей нелепости ситуации.

В этот раз «авантюристы» решили не страдать с пешими прогулками по живописной (нет) равнине и нанять повозку. Всего каких-то десять монет — и комфортное путешествие было обеспечено.

К несчастью, стоило им выехать из города, как повозка, проехав несколько минут, застряла в луже дерьма.

Попытки подвыпившего извозчика вытащить её привели к поломке колеса.

Гур закрыл лицо руками. Если так начиналось их путешествие, то что же дальше?

Потратив около двух часов на ремонт повозки, они кое-как залатали её и поехали дальше, но на полпути извозчик икнул и внезапно заявил, что уже поздно, а значит, он возвращается в город. Ни угрозы, ни уговоры не помогли. Даже деньги оказались бессильны. Бросив пассажиров посреди Равнины, он с чистой совестью укатил назад.

Некоторое время ему вслед сыпались разъярённые костяные звуки и орочьи проклятья (материться тогда ещё не научились).

Наоравшись вдоволь, парочка продолжила путь пешком. Гур вёл увлекательную одностороннюю беседу с Бобом, рассказывая ему обо всех премудростях запекания зябликов посредством тыканья горящей палкой, время от времени прерываясь чтобы выслушать недоверчивый костяной стук. Лужи дерьма хлюпали под ногами.