Жажда приключений и тысяча способов её избежать

Зубодробительное приключение

На следующее утро.

— Слушай, — Кина подошла к вяло попивающему чернорыбку Гуру, — тебе не кажется странным, что каждая глава начинается с утра?

— Не надо тут. Предыдущая начиналась вечером.

— Потому что она была продолжением четвёртой, — настаивала фея, — которая началась когда? Правильно, утром!

— Заткнись, и без тебя тошно. Не моя вина, что у автора воображение кривое.

— Ладно, ладно, лучше гляди, чего я откопала! — она гордо продемонстрировала листок с заданием, — непыльная работёнка, считай, приключение на двадцать минут.

— Чё там?

— Нужно гоблинов покромсать в какой-то пещере неподалёку. Фигня дело, они ж тупые. И вообще…

— НЕТ!!! — завизжал Гур.

— Чё?

— Нет и всё тут! Мы не пойдём убивать гоблинов!

— Но почему? Легкая же работка! — возмутилась Кина.

— У нас в команде есть хоть один боеспособный член?

— Больше двусмысленности богу двусмысленности, — выкрикнул подошедший Гайлир.

— И тебе не хворать, — буркнул орк, — поясни этой дуре, почему нельзя убивать гоблинов.

— Всё просто. Учитывая современные тренды, если мы туда пойдём, то нас превратят в овощное рагу, а тебя изнасилуют. Боба разберут на рукоятки для инструментов.

Кина затихла. Возможно, испугалась, а возможно — пыталась представить молоток с рукоятью из бедра Боба.

— Кстати, а что такое тренды? — уточнил Гур.

— Неважно, — многозначительно ответил эльф.

Горестно вздохнув, зелёный от рождения и скверного настроения орк поплёлся к Ронде, хрустевшей какими-то сухариками за своей стойкой.

— Утречка.

— Чего тебе?

— Да вот, узнать кое-что хотел, — начал Гур, оглядывая помещение. — Что-то я заметил, что никто не носит форменную броню. Все одеты во что попало. Я почему-то думал, что Гильдия выдаёт что-то вроде брони новичкам.

— Ну да, было такое раньше. Броня Гильдии, так и называлась.

— Почему же её больше нет? Все вон ходят в обносках с местного базара.

— Да просто смертность среди новичков огромная. До серьёзного ранга доходит около десяти процентов. Ещё тридцать-сорок уходят сами, а все остальные, — она провела пальцем по шее, издав крякающий звук.

— Хорошо.