Лад Посадский и компания. Дела торговые. Книга I

Наткнешься глазом на ветку, которая днем этот глаз радовала красотой неописуемой, и все, будешь на мир с одного краю смотреть.

Когда совсем уж было расстроился гоблин, на заимке Лад появился. Вид у него был угрюмый, и слова приветствия застряли в горле гоблина.

— Чем озабочен? — Спросил он первым делом.

Была в его словах готовность помочь, это понравилось Ладу. Он присел на кочку, мхом покрытую, сорвал травинку, покрутил в пальцах.

— Не говорят мне всего мудрые.

— Ты про Седоборода и Комер–сана? Я бы об этом не беспокоился. Они тебе хорошего желают. Помочь пытаются. Вон в какую передрягу мы вляпались, и лишь они одни всерьез ко всему отнеслись.

— Понимаю я это, не маленький! Только ведь и мне самому хочется что–то сделать!

— А что ты можешь?

Лад и гоблин вздрогнули. Неслышно появился Сичкарь из мари болотной.

— Что ты можешь? — Повторил он вопрос. — Ты же ничего не помнишь… Молчишь? То — то. Седобород старик не простой. Да, не простой он человечишка. Вам, посадским, до его ума еще расти и расти… А Комер–сан купец известный. В жизни мудрости набрался столько, что хоть сейчас садись и пиши с его слов энциклопедию и многотомник советов житейских. Если не говорят они тебе всего, значит так лучше для тебя.

— С каких пор ты, чудище поганое, человеков хвалить стал? — Удивился Лад.

Гоблин тем временем выкатил бочонок с пивом, кружки достал. Для Лада отдельно связку снетков вяленных положил, а себе и Сичкарю целый таз мухоморов соленых приготовил.

— А с тех самых как с тобой знакомство свел. — Сичкарь лизнул мухоморину, проглотил слюну. Гоблин пиво разлил по кружкам.

— Только никому об этом больше не говори! — Предупредил Лад. — Не хватало, что бы меня в друзьях нечисти числили.

— В этом нет ничего плохого. Думаешь, Седобород с нами не водится? Еще как водится! В знакомых близких многой нечисти высокопоставленной значится. А люди его уважают.