Любовь некроманта

Мёртвая Кочуртся ничем не отличалась от живой, разве что стала совсем неразговорчива, и готов поспорить на золотой, что тот, кто видел нас до въезда в лес и после того, как мы покинули его, не смог бы найти разницы.

Конец путешествия выдался безмятежным. Достигнув Круглого Холма, я задержался в замке только на ночь, показав барону своё искусство и его отца, спрятавшего, как оказалось, от сына изрядную долю наследства в сундуках у какого-то Стылого Ручья. После изрядной семейной перепалки живой владетель замка поставил витиеватый крестик в контракте, означавший, что заказ выполнен, и я с чистой совестью утром покинул замок и пустился в обратный путь.

Четыре дня по ощущениям растянулись в восемь, поскольку, когда ничего не происходит, время имеет необыкновенную подлость, замедляться. Однако в свой срок показались стены Янтарного, а, значит, пришло время избавиться от незаконно поднятого трупа.

Съехав с дороги в лесочек, я встал напротив изрядно пованивающей красавицы и зачитал заклятье упокоения. Бах! - ударило сердце - огрша открыла глаза.

Трах! - её кулак впечатался мне в живот. Бах! - я, отлетев, упал на землю и потерял сознание. Когда очнулся, то, судя по болезненным ощущениям, был всё ещё жив. Завидев рядом охранницу, я зажмурился, но вместо побоев услышал почти ласковую речь Кочуртси. Сбиваясь с баса на тенор, всхлипывающая огрша поведала мне, что я великий шаман и спас её от вечного блуждания в ночи небытия, и за это она готова следовать за мной до самой смерти, немедленно исполняя любые желания. На тот момент желание у меня было только одно - попасть в руки к целителю. Желание не скоро, но исполнилось.

Отлёживаясь в своей комнатке в гильдии и залечивая повреждённые ребра, я обдумал промашку с зомбированной Кочуртсей (вот дурак! даже не заметил, что в пути её раны затянулись). Самое простое объяснение, какое смог подобрать, заключалось в том, когда накладывал на охранницу заклинание, то огрша была без сознания. Отлетевший её дух не мог оказать сопротивления моему волшебству.

Когда же я вернул тело в исходное состояние, душа вновь овладела им, а мне достался заслуженный бах-трах-бах.

Впрочем, едва пойдя на поправку, сразу решил заняться делами сердечными и пригласил Кочуртсю на ужин. Поскольку со вкусами огров я незнаком, то право выбора таверны оставил за моей красавицей.

Она привела меня на окраину города в прилично выглядящее для этого района заведение. Мы заказали кролика под соусом, пива и всякой разности на закуску.