Ученик Смотрителя. Побег за море

Ведь королевский указ никто не отменял… Могут конечно возникнуть проблемы, ведь лететь вниз должен был Роберто… Но в Гаскони уже были случаи, когда вместо будущего князя сбрасывали других. Иногда жертва будущей власти платила деньги, чтобы отправить за себя другого. В таких случаях считалось, что Гасконь выполняет обязанности перед короной. Так что, королевское право формально не нарушено..

— и что же получается, я теперь муж княжны?

— да, дурачок! — Сюзанна прыжком преодолела расстояние между нами и повисла у меня на шее.

Она обнажила клыки и… Лишь нежно прикоснулась ими к моей шее. А затем, подумав немного, чмокнула меня в щеку — ты муж княжны! Пойдем со мной! Я буду купать тебя в роскоши, ведь мой титул завоеван благодаря тебе!

— Сюзанна… Я ценю такое отношение, но может быть ты лучше отдашь мне пояс с горохом?

На секунду Сюзанна задумалась, а затем по лицу ее пробежала гримаса обиды

— Так ты отказываешься?! Тогда проваливай и горох свой забирай! Она было замахнулась мешочком, чтобы бросить его мне в руки, как остановилась — хотя нет! Если он так тебе нужен, то когда-нибудь ты посетишь Гасконь, чтобы забрать его!

— скорее солнце рухнет на землю! — крикнул я раздраженно

— ах так, тогда я оторву тебе голову, а может что — то еще! Сюзанна сделала шаг ко мне и угрожающее подняла руки.

Но что-то проснулось внутри меня, какой то древний, неистовый гнев и я, ударил ее по лицу.

Та удивленно прислонила руку к щеке и, будто не веря своим чувствам, спросила:

— ты меня ударил?

— и ударю опять! Проваливай!

Я снова был готов умереть, но Сюзанна, пусть и злобно сверля меня глазами, с гордостью прошла мимо

— отдай горох! — крикнул я ей в след

— ты вернешься за ним, подлец, ты вернешься!

Сюзанна сделала несколько шагов, разбежалась и воспарила над лесом.

Через несколько секунд она скрылась из виду, а я посочувствовал бедным жителям Гаскони. У них теперь, определенно, будут проблемы.

Передо до мной расстилалась полоска пляжа и видно было спокойное синее море, которое вдали у самого горизонта превращалось в золотое море огня. На границе золота и синевы находился мой любимый маяк. Я успел по нему изрядно соскучиться.