Идол Красного Пера

Где по словам его бородатого магишества лежит очередная часть Идола. Но как это обычно бывает, сам маг отправится в Шанонир. А нам предстоит долгий и опасный путь через бескрайние воды.

Я не любил сидеть дома, пока мои товарищи будут работать и рисковать жизнями, поэтому сразу дал понять, что в Шанонир не отправлюсь тащить крыло. Но когда узнал, куда лежит наш путь дальше, прикусил себе язык. Нанога это страна пиратов, наемников и убийц. Там за то, что у тебя косоглазие и ты не на того взглянул, могут их вырвать голыми руками.

Чужаков там не любили, а девушек унижали или того хуже воровали, насиловали и убивали, отдавая предпочтение и уважение лишь своим женщинам. Ну как уважение, оно ограничивалось фразой не насиловать, про не бить никто не говорил. Поэтому можно было догадаться, что ни Мали, ни Лин с нами не отправятся, а это значит, что главным нашей толпы станет брат Мали, Ишак. Причем это не ругательство, а его настоящее имя. Главное не сказать его в Наноге. Парень он вроде хороший, но еще слишком молодой. Хотя, что я ною. У мага было два кандидата на роль временного лидера. Это либо Ишак, либо я. Так что стоит прикусить в очередной раз язык и помалкивать…

С того момента как мы свернули лагерь, наш отряд прошел уже больше суток без остановки. Обстановка в отряде была довольна спокойная, хотя все прекрасно знали, что по нашему следу еще тащатся Иллимиры.

Таким темпом к причалу, что у скалистых гор мы должны были выйти к четвертому дню, обессиленными, а кое-кто даже мертвыми.

Но к счастью, вечером второго дня, неутомимый маг, разрешил сделать привал и разбить лагерь уже с кострами, посчитав, что мы оторвались от преследователей.

Остановку сделали на небольшом склоне, со всех сторон укрытом деревьями, где можно было с легкостью расположить дозорных. Ветер, за счет все тех же густых деревьев, рассеивался и лишь немного колыхал наши шатры. И это не смотря на то, что неподалеку находился обрыв об который ударялись волны нижнего моря создавая звуки грома и посылая в нашу сторону порывы ветра.

Поужинав, я удалился к себе в шатер, не сказав приятелям ни слова. Мали за все время так ни разу и не появилась в поле моего зрения. И меня это злило. Внутри шатра мне пришлось разбить один пузырек собственной смеси, чтобы избежать посторонних глаз и ушей…

Вот уже почти двое суток я размышлял над одним изобретением. Меня бесило, что я постоянно забываю кинжал души.