История одного пета

Может ему еще раз проверить ее нос на влажность, вдруг на этот раз получится?

   – Конечно же нет, это гномьи секреты, на каждом выходе поставлены специальные резервуары, заполненные свинцом и при необходимости он моментально растапливается до жидкого состояния. Вот и сейчас помимо наваленных камней Гариону придется пробиваться через двухметровую толщу свинца. Эти резервуары мы поставили после того как ушли под землю, – просветил нас Крохм и устремился в правый коридор.

   Нам ничего другого не оставалось, кроме как проследовать следом.

Со стороны обвала доносились глухие звуки, будто кто-то методично бил по боксерской груше. Мы не стали дожидаться конца тренировки упорного боксера, а с головой окунулись в переплетение коридоров, подземных залов, пещер и проходов.

Пламя от факелов разбивалось на тысячи огоньков, падало на сталагмиты и зажигало причудливые люстры, в сталактитах же скакали наши изогнутые отражения. Пещеры превращались в волшебную сокровищницу Али-Бабы, раскрашивались всевозможными цветами, переливались и сверкали.

 

Мы шли в полной тишине, зачарованные сверкающей красотой, единственными звуками были цокот копыт и наше дыхание. Крохм удовлетворенно хмыкал, видя, как мы очарованы чудесными сказками подземелья. Мы подошли к сплошной стене, и Павел недоуменно посмотрел на гнома. Тупик? Недорослик хмыкнул и ударил по ближайшему сталактиту – по пещере пронесся хрустальный звон.

   – Ни шагу дальше!!! Оставайтесь там, где стоите! – громовой голос заставил вздрогнуть, я оглянулся в поисках источника этого голоса.

   В зале никого кроме нас, и это не могло не вызывать беспокойства. Однако ничуть не удивленный гном подошел к выемке в стене и склонился над ним.

   – Тутом, сколько раз тебе говорили, чтобы ты убавил громкость? Ты озадачил моих спутников и испугал животных, вот доберусь я до тебя… Это Крохм, я вернулся из леса! – проворчал наш проводник.

Хотя гном достигал всего лишь половины человеческого роста – значит он полупроводник.

Однако с полупроводником всегда ассоциировался только Иван Сусанин.

   – Извини, Крохм, это я так… для пущего эффекта… зато знаешь скольких непрошенных  гостей убежали от этого гласа? – уже тише произнес невидимый собеседник, и я понял, что звук исходит из отдушины в потолке. – Если эти люди пришли с тобой, то милости просим! А мы тебя сочли умершим и успели справить погребальную тризну.