Пикселем по голове

— Нямку привели! — восторженно завопили женщины и чумазые гоблинские дети, едва нас приволокли на их мерзкую стоянку. — Пожрем!

Далее стартовало какое-то бурное отмечание, плавно перетекшее в оргию. Кто-то попытался заготовить для нас котлы и огромные костры, но увлекшись оргией, позабыл об этом деле. Так мы и остались лежать, связанные и накрытые для сохранности сетями, буквально посреди эпицентра гоблинского разврата. Штук пять гоблинов одновременно развлекались прямо возле некроманта, и он панически вертел головой, страшно боясь, что какие-нибудь жидкости — ну или чего там производят в разгаре сладостной неги гоблины — случайно попадут ему на лицо.

— Пссст! Ребят! — я никогда в жизни не думал, что буду так счастлив слышать таракана. — Ща все будет!

Таракан деловито сновал между нами и перекусывал опутывавшие и связывавшие нас веревки. Получалось у него это на редкость ловко. Вскоре все мы уже были свободны и готовы удирать. Конечно у нам проскальзывали мысли наказать гоблинов за их свинское поведение, но оргия была такая бурная и дикая, что мы забоялись даже приближаться к ее участником —не дай бог перепутают со своими и чего-нибудь куда-нибудь введут.

— По моей команде! — прошептал я. — Потом дождался, пока ближайшая к нам парочка в порыве страсти укатится куда-то подальше к чаще и крикнул: — Бежим!

— Ээээ! А вы куда это?

Я с разбега врезался в гигантского гоблина, габаритами превышающего всех прочих виденных нами раза в три. Параметры над его головой гласили — Сила: 40, Атака: 30, Защита: 31.

— Царь гоблинов! — крикнул некромант, но я, в общем, по габаритам этой тварюги и венчающей его голову уродливой короне уже успел догадаться и сам.

— Невежливо! — прорычал царь гоблинов. — Сейчас мы вас оттрахаем, а потом съедим.

— Вы тут все реально какие-то озабоченные, — с недоумение ответил я. — Нет бы дело занялись, срач свой разобрали, порядок навели, украсили бы тут чего-нибудь.

— Нападай! Жри-насилуй! — заверещал цар,ь и гоблины принялись строиться в какое-то подобие атакующей формации.

— Чего делать-то? — панически заголосил Ле Кок. — В таком виде, — он указал на свою отсутствующую нижняя половину, — я вообще не боец.

— А у меня и оружия нет, да еще и этого на себе таскаю, — пожаловался дварф.