Пикселем по голове

Того, где помер этот, с молотом, как его там?

— Гурдин, — подсказал дварф.

— В общем, этот его ассистент переносит разум помершего герцога в тело костяного дракона.

— Швыряй молот! — заорал я дварфу, но было уже слишком поздно. 

Глаза костяного дракона вдруг загорелись тем же безумным светом, что и глаза герцога. Он дернулся и сбросил с себя ассистента. Тот на четвереньках пополз куда-то в сторону, затем поднялся на ноги и пустился наутек.

— Идиоты! — прорычал герцог. — У меня же все распланировано.

— Ты знал, что мы тебя убьем? — с некоторым уважением уточнил я.

— Ну… — дракон замялся. — Может знал, а может и нет, какая разница. Я готовил дракона, чтоб в нужный час переместиться в него и пройти сквозь барьер, присоединившись к моему господину.

— А! — догадался я. — Дракон мертвый. Ты живой. Ты бы через барьер не смог пройти. А костяной и формально дохлый дракон — за милую душу.

— Ого, какие познания! — удивилась Элеонора.

Я не успел ей ответить, потому что дракон, сделав пару мощных взмахов костяными крыльями, взлетел и, пролетая на огромной скорости мимо нас, подхватил когтистой лапой Элеонору.

— Нет! Опять, что ли?!! — заорал я вслед удаляющемуся костяному монстру.

Дварф собирался было швырнуть ему вслед молот, но я его остановил, испугавшись, что Элеонора может упасть и разбиться.

— Я не буду вас убивать, — донеслось до меня откуда-то из облаков.

Дракон, улетая, становился все меньше и меньше и рев его, только что звучавший как трубный глас Иерихона, становился все тише.

— Но не могу отказать себе в этом маленьком удовольствии, — донес до нас ветер последние слова герцога-дракона, и далекий его смех уже звучал как мышиный писк. — Подыхать тебе придется без той, кто так тебе дорога. И виноват в ее ужасающей судьбе будешь лишь ты сам. Надо было слушать, идиот! 

И дракон, сделавшись крошечной точкой на пиксельном небосводе, вскоре полностью исчез.

Я сел на землю. Ко мне подошел Труп.

— Это моя вина, я должен был догадаться, что герцог и ассистент задумали совершить переход, — с горечью прошептал юный некромант.

— Нет, это только моя вина, — сказал дварф, возлагая свою могучую руку на мое плечо. — Я мог бы кинуть молот и убить этого хлипкого ассистента. Но почему-то даже и не подумал… Чертов я тугодум.