Пикселем по голове

Но гораздо хуже был не замолкающий речитатив миллиарда ужасных скрипучих голосов: «Йа! Йа! Йа! Ктулху фхтагн!» — твердили они. И от этого гипнотического звука и бесконечного повторения странных этих слов у меня мгновенно заболела голова.

Что-то вдруг зашелестело, и я услышал жуткий трубный вой.

Я поднял голову и вдруг понял, что прямо рядом со мной находится некое существо. Гигантское его тело устремлялось в бесконечную высь, подпирая небеса. То, что я сперва принял за какую-то нелепую стену, оказалось плотью этой твари.

Запах болота усилился, и где-то совсем рядом со мной пролетело огромное свесившееся щупальце.

Оба солнца на мгновение погасли, обрекая мир вокруг меня на жуткий мрак. Затем снова загорелись и стали, кажется, чуточку больше. И вдруг стали перемещаться, приблажаясь по какой-то странной траектории.

— Господь милосердный, да это же глаза, — то ли подумал, то ли прошептал я. — Глаза этой гигантской тварюги. Этого колосса, проклятого левиафана. Я один, беспомощный жалкий крестьянин против этого невыносимого монстра!

— Нет, ни хрена ты не один! — услышал вдруг я рык дварфа.

 

Галлюцинация? Конечно, галлюцинация. Мои друзья остались где-то в миллиардах лет и километров от меня, за проклятым волшебным барьером.

И тут я увидел, шагнувшего ко мне из пелены тумана Твердого. В руках он сжимал безжизненное тело Трупа.

— Но как такое возможно? — ошеломленно спросил я. — Нужно же быть мертвым…

— Так я и есть мертвый, — гаркнул Твердый. — Вы же сами меня и прикончили, когда переселяли в тело таракана.

Помнишь, могильник Гурдина? Ну и решил, чего мне там сидеть, дай-ка попробую. 

— А я помер еще раньше, — сообщил вкатывающийся через пелену барьера Ле Кок. — Меня же вообще пополам разорвало. Вы меня, конечно, потом с Трупом оживили, но формально-то я все равно покойник. Видишь, сработало, прошел.

— Ну, а я просто таракан. А таракан в любую дырку пролезет, хехе, — сообщил, выныривая из какой-то невидимой щели в густой стене пара, мой членистоногий приятель.

— Ишь, надумал он тут в одиночку подыхать! — рявкнул мне дварф.

— Так, а это у нас тут кто? — спросил он, переводя взгляд на гигантскую тварь, возвышающуюся возле меня чудовищным монументом.

Я, все еще не вполне веря в происходящее, пожал плечами. Мне казалось, что сейчас моргну и мираж рассеется — я снова останусь один. 

И тут тварь взревела. Воздух задрожал и земля затряслась, мы едва удержались на ногах. Я попробовал разглядеть табличку с параметрами этого существа.