Пикселем по голове

Ты творишь вообще какие-то невероятные вещи!

Услышав слова моего друга, я вновь вспомнил о жалком положении, которое занимали крестьяне в местной иерархии и понял, что более терпеть нельзя. Завтра, решил я, займусь исправлением этого мира. Да и вообще роптать у меня особых причин не было: в реалиях, когда все твои коллеги — беззащитное пушечное мясо с нулевыми параметрами, иметь хоть какие-то навыки — уже великое достижение.

Я напялил свое снаряжение, Крестьянин 7603 поднялся с примятой травы, похрустел затекшими суставами и вскоре мы выдвинулись по направлению к трактиру.

Небо уже стало почти что иссиня-черным и, когда мы добрались до пункта назначения, до времени жнецов оставались уже считанные минуты. У входа нам уже ожидала большая делегация крестьян и все они, судя по всему: были невероятно рады нас видеть. 

Со всех сторон слышались выкрики одобрения, народ ликовал, будто пред ними предстал мессия. И я понял, что настал момент для того, чтобы пробудить в крестьянах чувство собственного достоинства.

Я залез на пенек, воздел руки в небо, призывая толпу к молчанию и начал:

— Дорогие мои друзья! Как долго вы были слабейшим существом вАрудении? Как долго вас били, обзывали, грабили и колотили? Как долго вас полагали тварями нижайшего порядка? Как долго вы были низведены до уровня мухи, мокрицы, корненожки?

— Очень долго! — закричал кто-то. Толпа подхватила крик и забурлила.

— Ну и теперь мы положим этому безобразию конец. Крестьянин тоже может драться, может качаться, владеть оружием и имуществом! Крестьянин — не бесправный набор пикселей, а самостоятельная народная единица, имеющая права! 

Толпа зашлась в неистовстве.

То тут, то там кто-то начинал скандировать мое имя — Крестьянин 7685. И если бы оно звучало чуть более благозвучно, то можно было бы вообразить, что я солист какой-то невероятно популярной рок-группы, только что исполнившей свой самый главный хит.

— И первое, что мы сделаем, — меня вдруг осенило. — Это избавимся от дурацких номеров в имена. Хватит быть человеком-под-номером, пора стать просто человеком.

Отныне я для вас и для всего мира — просто Дима!

— Дима! Дима!! Дима!!! — взревела толпа. Я с трудом удержался от того, чтобы раскинуть руки в стороны и начать крутиться вокруг своей оси.

— Я теперь тоже Дима! — заорал кто-то из толпы. — И я! И я! И яяяяааа!

Ситуация вдруг стала развиваться в совсем другом, нежели мной было намечено, направлении. Буквально каждый крестьянин пожелал стать Димой.

— Нет! — заорал я.