Пикселем по голове

Глаза петуха были закрыты, похожий на клюв рот сжат в мучительной агонии, бледное его лицо было покрыто грязью, кровью и пылью.

— Ну что, — спросил некромант. — Какую половину будем оживлять?

— Как это «какую»? — не понял я. — Хотелось бы целиком!

— Не, я так не умею. Я ж еще только учусь, разорванные части соединить не умею, не знаю такого заклинания.

— Мда… А если, его, допустим, сшить? — расстроенно спросил я.

— Не выйдет, — помотал головой некромант. — Тело-то сошьется, а внутренности нет.

Можно, конечно, заморочиться и сшить по-отдельности каждый орган, каждый сосуд и каждую прочую внутреннюю гадость, но это займет, пожалуй, месяца два или три. Ну, а с учетом моей полной неопытности, наверное, и весь год. Будем так делать?

— Нет! Нет! Двух месяц, а уж тем более года у нас и в помине нет, — замахал я руками. — Давай так, ты оживляй обе половинки, а дальше, может, он как-то сам и срастется.

Некромант скептически пожал плечами, но потом все-таки достал из кармана какой-то сосуд, начертил жидкостью вокруг нижней петушиной половины пентаграмму и какие-то загадочные руны, воздел к небесам руки и быстро-быстро затараторил заклинание.

 

Сперва ничего не происходило, но потом одну из ног нижней половины моего мертвого приятеля затрясло мелкой дрожью. Мгновение, и вся эта половина — обрубок чуть выше пупка — вскочила на ноги, постояла на месте, пошаталась и вдруг с гигантской скоростью кинулась куда-то бежать. Чрез мгновение ее и след простыл.

— Мда… Так я и думал, — констатировал некромант.

— Чего думал? Что произошло-то? — спросил я, ошарашенный зрелищем улепетывающих с гигантской скоростью ног.

— У нижней половины, — принялся объяснять некромант, — нету мозга. То есть, она, по сути, не совсем мыслящая. Мы, некроманты, работаем исключительно с мыслящей материей. Когда мы оживаем что-то пустое, оно не видит смысла в существовании и устремляется в Дум-Террор к древнейшим богам, чтобы, значит, сбросить с себя путы удерживающих их в функционирующем состоянии заклятий и вновь раствориться в небытие.

— Эх, — протянул я. — Довелось мне видеть людей, которые думали исключительно жопой, но это, к сожалению, не наш случай. Ладно, оживляй верхнюю половину. Она же вроде с мозгом, значит, сможет нормально функционировать?

— По идее, да. Если мозг, конечно, не утек.

Некромант повторил свой магический ритуал и вскоре мой друг петух открыл свои мертвые глаза.