Гарри и его твари

Давай-ка сначала картишки раскинем — поглядим, что там на самом деле, — он вынул из кармана штанов распетушённую колоду, перетасовал и, послюнявив пальцы, нашёл червонного короля. — Это ты, — доверительно сказал он и положил карту в багровый круг, оставленный когда-то кубком вина. Гарри не возражал, хотя ему было немного стыдно: два мужика сидят и карточным гаданием занимаются. — Ну-с, посмотрим, какие делишки творятся вокруг тебя… — карты ложились на стол одна за другой, и физиономия Бакти постепенно расплывалась в лукавой ухмылке.

— Так, так. Вижу три дамы: бубновую — это Букля, червонную — это Джинни, и крестовую. И все три тебе врут.

— Погоди, — опешил Гарри. — А о крестовой ты откуда узнал? Я никому не говорил! Это мой секрет! И что, она тоже врёт?!

— Врёт, врёт, — заверил его Бактериус и почесал пятку. — Все они тебя за дурака держат. Среди них нет ни одной беременной.

— Но я же своими глазами видел тест с двумя полосками!

— Полоски фломастером нарисовать можно. Ты не знал?

Гарри выругался. Бакти сгрёб карты и засунул в карман от греха подальше.

Бармен, смерив друзей взглядом, предложил ещё по кружке, и они нашли эту идею превосходной. Слабенький средневековый эль почти не пьянил, но от хороших новостей Гарри впал в эйфорию, какая бывает после двух пузырей «Отвёртки». Он почувствовал себя свободным и счастливым, словно убил ещё одного Волдеморта.

Букля снова казалась ему милой шалуньей, а не ядовитой стервой, и он заранее повторял в уме заклинание «Неплодимус», чтобы применить его сегодня же.

Флирт — флиртом, а совят пусть кто-нибудь ещё воспитывает. Ну, а с Джинни и этой нахальной брюнеткой он уж как-нибудь разберётся. Главное, не садиться больше в машину к Малфою.

— А помнишь, Бакти, как ты мне её первый раз превращал? Я ведь всего на один час просил.

— Но я и превратил на час, — на серьёзных щах ответил Бактериус. — Разве потом были ещё случаи?

— Ха. Да она с тех пор каждый день превращается. С моей помощью, конечно. Укатала, спасу нет. А как, ты думал, она бы от меня залетела?

— Ну… Так и думал.

А она, значит, превращается. Вон оно как… — Бактериус залпом допил эль.

— Эх ты, старый изврат. Между прочим, она до сих пор не может тебе простить обряда превращения.

— Да ладно, нормальный обряд, — отмахнулся Бактериус. — И похуже бывает. Ты, главное, не позволяй ей засунуть тебя под каблук. Она же вертит тобой как хочет. А ты, лопух, веришь каждому её слову.

— Слу-ушай, — Гарри присвистнул. — А ведь вчера она сама обратно превратилась.