Инкуб и бухгалтер, или Как мы с Музом пытались писать эротику

Побарабанил пальцами по спинке кресла, но отошел и затих, а Татьяна снова с головой погрузилась в работу. Нет, мужик, безусловно, красивый. Но она с ним пообщается чуть попозже. Хотя Света, наверное, права: она и вправду сухой и черствый бухгалтер, а не молодая красивая женщина.

— Танечка, — снова раздался голос инкуба. — А может, тебе нравится другой тип мужчин? Блондины? — Ее кресло отъехало от стола и развернулось к нему.

Сейчас инкуб был платиновым блондином, а его глаза стали синими.

— Неплохо. Вы с собой носите парики и контактные линзы? Зря, мне все равно ближайшее время не до вас.

Идите, чаю себе сделайте, что-ли? — И она опять повернулась к компьютеру. Вот ведь привязался. — И, кстати, блондином вам быть не идет.

Сзади раздалось шипение и отчетливый скрип зубов.

— Таня, а что ты скажешь сейчас?

Она тоже скрипнула зубами и повернулась к этому настырному типу. Ничего себе, а тип-то о-го-го как преобразился. Сейчас он снова был зеленоглазым брюнетом. А еще он успел раздеться, и сейчас демонстрировал ей накачанную грудь, кубики на животе, темную полоску волос, уходящую вниз в черные «боксеры» и длинные стройные ноги.

Угу. А еще хвост и крылья. Хвост — черный, покрытый короткой шерсткой. И крылья — тоже черные, большие и кожистые.

— Крутой у вас маскарадный костюм. А хвост и крылья не отваливаются, пока вы танцуете? — Таня смирилась, что от этого типа так просто не отделаешься, и решила чуток отдохнуть.

— А я должен танцевать? — Инкуб взглянул на нее с недоумением.

— Разумеется! — Она фыркнула. — Иначе, зачем вы мне здесь нужны?

— У меня нет с собой музыки, — нахмурился брюнет.

— А это не моя забота. Парики, линзы и крылья не забыли ведь?

— Хм. Хорошо, сейчас что-нибудь придумаю. — Мужчина развернулся, и как был, в одних трусах и босой, вышел в коридор.

Таня пожала плечами и снова вернулась к работе.

Минут через пять в комнате раздалась музыка. Е-мое, опять приперся! Да что ж такое-то, как же его выпроводить? Ну никак не дает работать. Она сердито повернулась и хмуро посмотрела на инкуба.

Он пристроил на журнальный столик магнитолу, из которой доносилась танцевальная музыка, и с улыбкой повернулся к девушке.

— Танечка, позволь пригласить тебя на танец?

— Извини, Инкуб, — фыркнула она. — Но я не танцую с малознакомыми раздетыми мужчинами. А вот ты вполне можешь станцевать для меня. В конце концов, именно за это тебе и платят.

— Никто мне платит. — Он лукаво улыбнулся. — Я сам беру все, что захочу.