"Острова в океане"

Потому что величество каждые пять минут принимался бегать по тронному залу и обзывать себя нехорошими словами. Очень уж он переживал из-за твоего ареста!

- Пусть теперь расслабится, - рассмеялся Джонатан. - Я в кои-то веки никуда не бегу, не спасаю мир, а просто сижу и выпиваю с лучшим другом. Это ли не счастье?

Оборотни пропустили еще по рюмочке, и в дверь опять постучали.

- Кто на этот раз? – озадаченно вскинул брови Волк.

- Это я, ребята! - раздался знакомый голос.

Первый министр Алэйзии, сэр Эдвин Гринуотер, собственной персоной, стоял на пороге и смущенно улыбался.

- Эдди! – изумился Томас. - А тебя-то – за что посадили? Ричард потребовал от тебя проект по оздоровлению экономики, а ты ответил, что уже написал письмо Санта-Клаусу?!

- Все гораздо проще друзья, - со вздохом отозвался Эдвин. - В наш замок приехала Микаэла, вся в расстроенных чувствах. А вместе с ней – два младших волчонка и хмурая Бэкки. Пока Стасси и Сильвия утешают девушек, а старина Фердинанд отгоняет тапками мальчишек от содержимого моего арсенального погреба, в замке стоит такой переполох, что даже сильфы затыкают уши и разлетаются кто куда.

- Вот и ты – разлетелся! – понимающе подмигнул приятелю Томас. - Присаживайся, выдохни и прими каплю спасительного бальзама. Как говорят в параллельном пространстве: третьим будешь?

- Почту за честь! – развеселился первый министр, принимая из рук Оборотня полный до краев бокал.

Друзья выпили за встречу, потом вспомнили былые победы и, наконец, заговорили о делах насущных.

- Ну, она же только вчера – вот такой крохой была, моя Бэкки! – горячился Джонатан. - Я катал ее на спине, шлепал за разные каверзы, укладывал по ночам в кроватку и думал, что так будет всегда. Почему все так резко изменилось? Когда моя дочь успела повзрослеть?!

- С детьми такое случается, - вздохнул Эдвин. - Стасси тоже выросла. На столичных балах вокруг нее вьется куча кавалеров, а у меня кулаки чешутся – заехать кое-кому на наглой лощеной роже!

- Еще бы! – сочувственно отозвался Оборотень.

- Одну Гостью из Будущего такая разница в возрасте нисколько не смутила, - насмешливо заметил Томас, любуясь игрой алых лучей в хрустале бокала.

Джонатан поник головой, признавая его правоту.

- Я люблю Микаэлу больше жизни.