Любимчики Фортуны

 

- Надоел, у меня имя есть! 

- Да ладно! У меня тоже. Вопросец у меня к тебе. Корнелиус. 

- Слушаю. 

- Вот смотри, когда ваш брат мертвяка оживляет... 

- Не оживляет. Поднимает. Это несколько разные вещи. 

- Да наплевать, не о том речь. Вот этот самый мертвяк же потом во всём слушается да? 

- Ну да, - Корнелиус хмыкнул и как-то обиженно поджал губы. 

- Так вот, ежели бабу мёртвую того... поднять... Она потом всё, что захочешь будет делать? 

- Абсолютно.

Можно приказать убить или использовать в качестве домашней прислуги. Всё то же, что и обычный человек, только свежие умертвия превосходят оных в силе и ловкости, вдобавок исполняют волю некроманта без тени колебания. 

- То есть, дохлую девку можно как хочешь и куда хочешь пользовать? А она ещё и подмахивать будет? 

- Я же говорю... Стоп! - мастер смерти воззрился на лесничего со смесью брезгливости и любопытства. - К чему был этот довольно странный вопрос? 

- Да так.

.. Просто интересно. 

- Ну-ну, - улыбнулся некромант. - Хочешь переплюнуть нашего юного друга по части экзотики в отношениях с противоположным полом? На мой взгляд, это мерзко! 

- Ну ежели трупачка подванивает уже, тогда согласен. А коли тёпленькая, то чего бы и нет, особливо ежели баба собой хороша. А тут еще и безотказная...- закатил глаза Аксель, но тут же одёрнул себя. - Шучу я! Можно подумать, сам такого никогда не делал. 

- Не делал, - ответил Корнелиус и вздрогнул, вспомнив изрубленное в куски тело Лаодики, лежащее посреди опочивальни бургомистра.

- Но слышал одну интересную историю, с этим связанную. 

- Тогда не томи, рассказывай. 

- Где-то далеко а севере было дело. Один местный аристократ, вроде целый герцог, точно не помню, безумно любил свою жену. Однажды он взял её с собой на охоту, где приключился несчастный случай: бедняжку растерзал вепрь. И нет, чтоб похоронить и оплакать почившую, он решил, что любовь посильнее смерти будет и позвал мастера смерти.

Тот, как умел, заштопал тело и поднял герцогиню. С тех пор и ходила мёртвая жена безмолвной тенью за своим мужем, истекая сукровицей и гноем из ран. Некромант, естественно, остался при замке и зажил на широкую ногу, а герцог не брезговал исполнять супружеский долг. 

- И чем всё закончилось? 

- Мастер не умел работать с телами. Зашил кое-как, про бальзамирование слышал лишь краем уха.