Лысый Ежик и его друзья

— Намусорили мы с тобой здесь, Швейк, а так было здесь уютно, — взгрустнул Лысый Ежик.

— И не говори. — поддержал его Швейк. — Придется идти в другое место. Только сначала надо пополнить нашу наличность. Интересно есть там что-нибудь в сейфе у той старой жабы?

— Сейчас посмотрим. Вот только открою его, — просопел Лысый Ежик ковыряя проволокой замок стоящего в углу сейфа.

— Ну, что там у тебя? — нетерпеливо спросил Швейк.

— Минуточку, минуточку. Готово. Ух ты, да тут, похоже, карга собрала все ценности жителей волшебного леса.

А у нас с тобой, Швейк, на пиво не хватает.

— Ого, — присвистнул Швейк, увидев монеты и бруски злата-серебра грудой лежавшие в сейфе. — Забираем их и уходим не попрощавшись. Пока та карга еще кого-нибудь не привела. Пойдем к моему другу доброму волшебнику Данику в страну Хорт. Мы там будем в безопасности.

Они погрузили все на ослика Иа и отправились в путь. Долго ли коротко длился их путь, но в дороге застала их ночь и они попросились на ночлег в замок доброго Людоеда.

Почему доброго? Да потому, что тот, как-то хотел съесть доктора Айболита, но тот примудрился, так ему вылечить зубы, что не осталось ни одного и убедил Людоеда перейти на вегетарианство. Что оставалось делать Людоеду? Пришлось кушать каши, фрукты и овощи, которыми его снабжали местные жители, которые перестали бояться за свою жизнь. Людоед очень обрадовался компании и пригласил их поужинать. Не успели они допить бочонок пива, позаимствованный у бабы Яги, как послышался утробный вой и чей-то заунывный голос стеная стал причитать: «Помни о двух девочках, помни о двух девочках, которых ты обидел…»

— Это только я слышу? — спросил Лысый Ежик.

— Или кто-то действительно где-то воет?

— Действительно, что это за вопли? — выпуская ароматный табачный дым в потолок, поинтересовался и Швейк.

— Да не обращайте вы, гости дорогие, на это внимание. Как-то забрел ко мне на постой один полусумасшедший старик, который мнил себя писателем. Ильин… Может, слышали о таком?

— Нет, не слышали.

Рассказывай дальше…

— А что дальше… Ну, мы с ним, как водится, отметили встречу, а он взял к утру и окочурился; не рассчитал свои силы. Видимо большим грешником он был. Не принимает его душу ни рай, ни ад. Вот и мается его душа неприкаянная.

— Каких он двух девочек вспоминает? Ты что их съел? — поинтересовался Лысый Ежик.

— Да не приведи господь. Я в свое время хоть и много кого съел, но детьми я точно не питался.