Ведомый

— Хах, я как раз хотел ее растолкать и выставить вон.

— Что вы, не стоит, она совсем нам не помешает.

— Действительно? — меня поразила ее беззастенчивость. Похоже ночка и впрямь обещает быть довольно горячей.

— Да, я только самую малость прибавлю свет в лампах, чтобы вы как следует могли всё разглядеть.

— М-м, обещаю смотреть не моргая.

— Ох, ваш решительный настрой словно бальзам на мое сердце.

Девушка разожгла прикроватную лампу и повернулась. Одновременно с этим я откинул уголок одеяла и похлопал рукой по матрасу, приглашая ее на борт нашего любовного судна.

Увы, когда она повернулась, мой решительный настрой внезапно дал трещину. Алестия была всё так же при полном похоронном параде, а в руках у нее находилась толстая стопка каких-то бумаг.

— Собственно, что это?

— Это вся имеющаяся у нас информация о Викки. Я решила, что вам было бы не лишним с ней ознакомиться.

— Викки? — спросил я, вопросительно изогнув бровь.

— Да, моей несчастной младшей сестры, ставшей жертвой похищения неизвестными пол года назад.

После этих слов у меня в голове произошло кратковременное замыкание.

«Стоп. Алестия не младшая дочь леди Дианы? Во что, мать ее, я только что вляпался?!»

Как оказалось, ту, которую я подрядился оберегать и защищать, похитили во время ее поездки в столичную академию. За прошедшее с момента похищения время бандиты трижды запрашивали выкуп и трижды водили за нос всегда щедро раскошеливающегося лорда Райкера.

В качестве подтверждения целости и сохранности девушки, они раз за разом предоставляли начертанные ее рукой письма. Нанятые лордом авантюристы так и не смогли отыскать ни его младшую дочурку, ни самих злоумышленников.

— Еще раз огромное вам спасибо, — девушка встала с кровати и низко мне поклонилась. — После того подвига, что вы совершили, я не решалась свалить на вашу голову еще и эту, никак вас не касающуюся заботу, но покуда на то воля покровительствующего вам бога, то прошу — спасите и защитите мою любимую младшую сестренку!

«Почему я не сказал "среднюю"? С чего я вообще решил, что их всего две? На кой чёрт мне весь этот геморрой?» — пропуская слова Алестии мимо ушей, я неустанно задавал себе чутка припозднившиеся вопросы, которыми определенно стоило озаботиться гораздо раньше.

Тяжело вздохнув, я повернулся ко всё еще стоящей у кровати буквой Г девушке.

— Ну, уверен, я что-нибудь да придумаю. Завтра.