За гранью добра и зла. Книга 1. Том 2. Шут и Пророчество

Глаза – единственное, что оставалось живым на обожжённом почерневшем лице, и это производило странное впечатление. – Твой приход предсказывали драконы, и я должен был отдать тебе замок. Но все свершилось без моего участия. Ты получил своё. Наследуй хранимый мной замок и владей по своему усмотрению. Одна просьба – позаботься о моей внучке. Исполни последнюю волю умирающего, много лет оберегавшего предназначенную тебе собственность.

– Хорошо, – согласился я, несколько растерявшись. От человека, уже переносящего вторую ногу за порог смерти, обычно не ждёшь таких связных речей.

– Перстень – ключ к дверям, а меч – к сердцу замка, – загадочно сообщил старик. Видя на моём лице непонимание, пояснил: – Там компьютер, ИскИн, меч – вместо пароля, драконьи штучки.

– Теперь ясно, – заверил я. – Компьютеризированное управление и даже искусственный интеллект мне ближе и понятнее чем какое-то «сердце замка» и прочая волшебная дребедень на палочке.

– Молодец, – вздохнул старик, попытавшись улыбнуться сгоревшими губами. – Отдаю Каэр Брокенхат в надёжные руки. А теперь, оставь нас с внучкой попрощаться.

Я кивнул и отошел в сторону, уведя с собой и Гекса. Присел, прислонившись к частоколу рядом с проделанным Гексом проломом, в то время как ящер отправился дегустировать пережаренные останки людей-ящериц.

Сангри пришла через четверть часа. По её лицу сразу было ясно, что чудесного воскрешения не произошло.

– Что-то заканчивается, что-то начинается, – философски изрёк я. – Твой дедушка прожил долгую и, наверное, счастливую жизнь...

– Знаю, – перебила она. – Не надо ничего говорить. Я всё понимаю. Всё будет в порядке. Поехали?

– Конечно, – я облегчённо вздохнул. Всё же я совсем не мастак утешать юных девушек, только что потерявших родственника, неважно, вампиры они или кто-то ещё и сколько им на самом деле лет. Я вообще не мастак кого бы то ни было утешать, вот сарказма и подначек у меня в запасе сколько угодно.

[1] Sangre (исп.) – кровь

Глава 4. Эрл Брокенхат

Морда горгульи с дверного молотка на воротах придирчиво оглядела печатку на кольце и, как мне показалось, мою физиономию. Глаза истукана засветились зеленым, и створки ворот плавно разъехались в стороны. Интересно, что произошло бы, окажись «пароль» неверен...