За гранью добра и зла. Книга 1. Том 2. Шут и Пророчество

Расл и Эстер напротив моих талантов не оценили, Ворон только отмахнулся, а эльфийка, презрительно фыркнув, гордо удалилась, хлопнув дверью.

– Плодиться и размножаться? – нахмурилась Вайпер.

– Это я так, к слову, – пожал плечами я. – Главное процесс.

Против этого она не возражала.

[1] Arn (древнескандинавский) – орёл

[2] Хрисаор — золотой меч королевы феи, символ высшего одухотворения, принадлежал Артегалу (Artegal). («Королева Фей» - аллегорическая рыцарская поэма Эдмунда Спенсера, оставшаяся незаконченной.)

[3] Дирнуин (Dyrnwyn) — меч короля Стратклайда Ридерха (Riderch I of Alt Clut), горевший огнем, но не оставлявший ожогов.

[4] Клив-Солаш, Claíomh Solais (Claidheamh Soluis, «Меч Солнца, Меч Света») (меч Нуаду) — меч легендарного короля Ирландии Нуаду Серебряная Рука, представителя племен Богини Дану, который невозможно было отразить.

[5] Фрегарах (Fragarach, Frecraid, Freagarthach, «Отвечающий») — меч ирландского владыки моря Мананнана и бога Луга, который мог разрубить любой доспех.

[6] Мистелтейнн (Mistelteinn) — меч из саги «Hrómundar Saga Gripssonar», никогда не мог затупиться.

Был выигран Хромундом у бессмертного короля-волшебника.

[7] Хундингсбана — волшебный меч Фрейра, который сражался сам по себе. (Фрейр (др.-сканд. Freyr) — в германо-скандинавской мифологии бог плодородия и лета.)

Глава 11. Необходимость выбора

– Джестер, нам надо серьёзно поговорить! – заявила Вайпер.

– О, начало разговора мне уже не нравится, – поморщился я. – Когда начинают с этой фразы, это не сулит ничего хорошего.

– Там, в зале, ты назвал меня своей возлюбленной... Ты имел в виду... – она указала на смятую постель.

– Не только. Мой интерес к тебе не ограничивается кувырканиями в койке, – заверил я. – Хотя это тоже имеет значение, не отрицаю. Но я вообще довольно ограниченный тип и любовь как чувство исключительно платоническое не признаю.

– Брось, Джест, – отмахнулась девушка. – Ни к чему заговаривать мне зубы. Меня вполне устраивают наши постельные развлечения, и клятв в вечной любви и верности я не прошу.

Я не наивная юная девушка с отсталой планетки, которой нужно пообещать жениться, чтобы она позволила задрать ей подол. Я понимаю, что напоминаю тебе Мирэ, но не надо проецировать на меня твои чувства к ней.

– Вот этим ты меня и привлекаешь, – усмехнулся я. – И я вовсе не пытаюсь вешать тебе лапшу на уши. Как ты сама сказала, это не требуется. Так что мои слова насчёт возлюбленной вполне искренни. И дело не в Мирэ, не в вашем сходстве...