Дракон

— Наверное, там железнодорожная станция — предположила Урсула.

Деревенское жилье оказалось не в пример дешевле городского и мы поселились едва ли не в первом доме, куда зашли.

Хозяином там оказался тот самый дядька, что управлял драконом на сегодняшнем празднике. Он, в самом деле, был механиком по отопительным системам, а кроме того имел какое-то почетное улемандское звание, что-то вроде брандфюрера.

— Наверное, добровольная пожарная дружина. — Шепнул я Свете, пока хозяин с гордостью показывал нам висящую в рамочке золоченую грамоту.

В одной из комнат была двуспальная кровать, в другой кровати стояли врозь. Я с готовностью предложил Юргену поселиться с Урсулой в той, двуспальной.

— А мы со Светкой сдвинем кровати. Не впервой!

— Да нет, — угрюмо сказал Юрген. — Лучше берите эту комнату. Так будет удобнее и вам, и нам.

— Ты что, с Урсулой не спишь? — Поинтересовался я, когда, устроившись, мы сидели в деревенской пивной. Время для такого вопроса выдалось удобное. Наши девочки пошли в туалет.

— В первый раз я так подзалетел! — Вздохнул Юрка.

— Не дает.

— Ты что?!

— Всю дорогу ее обхаживаю. Аж яйца болят!

— Может она фригидная или лесбиянка какая?

— Нет, с сексуальной ориентацией у Урсулы все в порядке. Целуемся, чувствую, тает девчонка. Уж между ног у нее мокро. А только до трусов коснусь — ни в какую! Девственница, черт!

— Да уж, повезло тебе.

— Посмейся, посмейся. И носится со своей девственностью, словно Жанна д'Арк! — Разозлился он.

— Она что, из глухой деревни?

— Да нет, из Франкфурта.

Просто воспитание такое. Грех, говорит, перед Богом. Чтоб я еще когда с католичкой связался!

— Попробуй еще раз, сегодня вечером. Да понежней. Не может быть, чтобы ты своего не добился.

— Попробую, не в монахи же записываться.

— Ну, за успех нашего безнадежного предприятия!

Ночь в здешних, северных, краях да еще в июне подступает медленно. Когда мы вышли из пивной и подошли к озеру, на северо-западе еще догорала заря. Небо остывало после дневной жары. На смену багровым тонам приходили светло-стальные.

Красота небес удваивалась зеркальной гладью озера. Душа от этого наполнялась покоем и вспоминалось забытое слово «благолепие».

Я крепко, долго и сладко поцеловал Свету. Что скрывать-то? С самого начала путешествия мы, не таясь, всегда ночевали вместе. Да и сами девочки нашли между собою общий английский язык и потихоньку ворковали. Наверняка, как это водится среди женщин, они уже пересказали друг другу свои маленькие тайночки.