Лисенок Ян и Кристалл Судьбы

Его взгляд падает на Чарли Мейсона - тот делает страдальческое лицо и показывает ему свой листок, на котором ничего кроме заголовка не написано. «Научные открытия и изобретения средневековья» - в глазах Чарли читается отчаяние. 

Бедняга, Ян хотел бы помочь другу, но в голове у него только свой билет и ничего более. Очень жаль. Ян вздыхает и разводит руками, давая понять, что ничем не сможет помочь. И тут он вспоминает про шпаргалки, которые все-таки предусмотрительно рассовал по всем частям своего гардероба, так, на всякий случай.

 

Рисковать он не собирался. Попадаться со шпаргалкой, да еще так глупо, он не планировал. И все-таки ему самому стало ужасно любопытно, можно ли сделать так, чтобы нужный листочек сам оказался у него в руке. Он сосредоточился, ему нужна была шпаргалка номер шестнадцать - левый носок, главное все сделать незаметно. Итак, она лежит в носке, маленький сложенный вдесятеро листочек, и терпеливо ждет своего часа… 

Ян напряг все силы своего сознания и представил, как нужная шпаргалка сама выбирается из его носка, при этом что-то ужасно защекотало его ногу, как будто по нему ползла жирная гусеница.

Было и смешно, и ужасно противно одновременно. Гусеница-шпаргалка двигалась медленно, то складываясь вдвое, то распрямляясь во всю длину, с горем пополам выбралась она из носка и поползла вверх по ноге - внутрь штанины! 

На лбу Яна выступили крупные, как градины, капельки пота, взгляд был напряженный. Его глаза расширились от ужаса, как только он понял, что шпаргалка ползет не туда, куда нужно (как он ее вынет из штанов, когда она доползет до колена или выше, вот интересно), на его лице изобразилась целая палитра эмоций и он стал дрыгать ногой, чтобы заставить гусеницу ползти в другом направлении.

- Енсен, вам нехорошо? - обратила на него внимание пожилая учительница.

Ян сидел красный, как рак, и не знал, что ей ответить, целая гамма чувств бушевала на его лице: «Все в порядке, госпожа Миллоу, душно очень».

 

Зачем он так сказал?! Учительница поднялась и, с трудом переставляя ноги, не спеша пошла прямо мимо него к окну, долго возилась с затвором, но наконец открыла его. В это время гусеница с упорством альпиниста, покоряющего Эверест, ползла вверх по задней поверхности его ноги, добралась до колена, сделала еще один шаг и уперлась в подколенную складку. Она начала возиться изо всех сил, прокладывая себе дорогу. Ян согнул ногу и что было силы зажал ее.