Приключение Питера Симпла

А пока, так как во время нашего путешествия я имел случай познакомиться с вашим характером, позвольте посоветовать вам не быть слишком откровенным с людьми, которых вы видите в первый раз, иначе вы легко можете совершить неблагоразумный поступок. Прощайте.

Я вышел из комнаты с низким поклоном, радуясь, что так легко преодолел то, что казалось мне морем затруднений, но голова все еще была занята тем, что мне наговорили мичманы и что так несообразно было со словами и поступками капитана.

Придя в гостиницу «Голубые Столбы», я застал мичманов по-прежнему в кофейной и рассказал им обо всем случившемся.

– Хорошо, – сказал я, обращаясь к тому из них, который приходил будить меня утром, – вы можете называть это шуткой, но я называю это ложью.

– Скажите, мистер Зеленое Стекло, это вы мне говорите?

– Точно так, – подтвердил я.

– В таком случае, сэр, как джентльмен, я требую удовлетворения. Черт возьми! Лучше смерть, нежели бесчестье.

– Я не откажусь удовлетворить вас, – парировал я, – хотя и не желаю дуэли. Батюшка советовал мне избегать ее, потому что этим мы оскорбляем нашего Творца; но так как он знал, что я должен поддерживать достоинство офицера, то позволил мне поступать по желанию в тех случаях, когда я подвергнусь этой несчастной необходимости.

– Мы после успеем наслушаться проповедей вашего батюшки, – возразил мичман (я успел уже сказать, что мой отец принадлежал к духовенству), – теперь главный вопрос: хотите вы драться или нет?

– Нельзя ли дело уладить иначе? – вмешался другой.

– Мое имя Симпл, сэр, а не Зеленая Пачка, – возразил я, – так как он солгал, то я не возьму своих слов назад.

– Ну, так дуэль должна состояться, – сказал мичман. – Робинсон, вы обяжете меня, если согласитесь быть моим секундантом.

– Это неприятная обязанность, – заметил тот, – вы так искусно стреляете; но так как вы просите, то я не могу отказать.

– Нет, имеет, – возразил другой мичман. – Он горячий парень, и я хочу быть его секундантом.

Решили, что мы на следующее утро будем стреляться. Я рассудил, что, как офицеру и джентльмену, мне неприлично отказаться; но это было мне очень не по сердцу. Не прошло еще и трех дней, как я предоставлен самому себе, и я уже успел напиться и должен теперь драться на дуэли.