Приключение Питера Симпла

Он уверял, что любит меня, берет под свое покровительство и в доказательство сделает для меня то, чего не потрудился бы сделать ни для одного из наших мичманов, а именно хорошенько поколотит меня, так как это самое действенное лекарство против морской болезни. К словам он присоединил действие и начал колотить меня без пощады по бокам, так что, казалось, душа моя готова была оставить тело; потом, взяв конец веревки, стал меня стегать, пока я не исполнил его приказание идти на палубу. До его прихода я и не воображал, что в состоянии сделать это; но как бы то ни было, я постарался ползком взобраться по лестнице на верхнюю палубу и, усевшись там на пороховом ящике, начал горько плакать.

Чего б я не дал, чтоб быть опять дома! Виноват ли я, что глупее всех в своем семействе – и, однако ж, как жестоко наказан за это! Но мало-помалу я успокоился, почувствовал себя гораздо лучше, и эту ночь спал хорошо. На следующее утро О'Брайен снова вошел ко мне.

– Эта морская болезнь, Питер, – сказал он, – не что иное, как гадкая медленная лихорадка; мы прогоним ее!

И он выдал мне новую порцию вчерашнего лекарства, пока из меня не вышло что-то вроде студня.

Не знаю, опасение ли быть снова избитым, или что другое прогнало мою морскую болезнь; верно только то, что после повторных побоев О'Брайена я выздоровел и, проснувшись на следующее утро, почувствовал сильный голод. Я поспешил одеться до прихода О'Брайена и увиделся с ним только за завтраком.

– Позволь мне пощупать твой пульс, Питер, – сказал он.

– О нет, – возразил я, – я уже выздоровел.

– Уже выздоровел! Можешь ты есть сухари и соленое масло?

– Могу.

– А кусочек жареной свинины?

– Да.

– Ну, так благодари меня, Питер. Теперь ты избавлен от моего лекарства до возвращения болезни.

– Надеюсь, что этого не будет, – возразил я, – лекарство твое не очень-то приятно.

– Не очень-то приятно! Какой же ты простак, Симпл! Где ты слышал, чтоб лекарство было приятно, если оно не прописано самим тобой? Желтая лихорадка давно бы уж свела тебя в Елисейские! Живи и учись, мальчик мой, и благодари небо, что ты нашел человека, который настолько любит тебя, что не отказывает в побоях, когда они необходимы для твоего здоровья.

Я отвечал, что очень благодарен ему, но надеюсь, что больше такие доказательства любви не понадобятся.

– Позволь тебе сказать, Питер, что эти доказательства чистосердечны.