Остин

Но мы и так засиделись.

– Пф! Я и половины своей работы не сделала, о чем ты говоришь! – Сказала Мия, залпом допивая вино. – Когда-то мне даже нравилось подстраивать все красиво и аккуратно… Но сейчас моя сила меня не слушается! Я подкинула этой девице Матвея, чтобы она не приняла волка – ее подсознание вспомнило его. Подкинула кота, зная что она захочет остаться из-за него в своем мире – хренушки, она приперлась сюда вместе с котом! Привязала ее девственность к воспоминаниям, чтобы ей стало плевать на Остин – мир превратил кошака в мальчика! Я уже не знаю, что еще предпринять!

Доминика слушала ее с каменным лицом.

Она, наконец, поняла, что многие из них стали мерзкими тварями, в попытке удержать власть в руках. Девчонка ведь не виновата в том, что попала в пророчество!

– Вообще, я уже придумала кое-что еще… Сейчас размышляю над реализацией. – Пробормотала Мия, кажется, самой себе. – Мы еще посмотрим, кто кого!

– Может нам стоит отступить? Если мы победим, мир, с восьмидесяти процентной вероятностью погибнет.

– Будто всматриваясь вглубь себя, сказала Доминика. Глаза ее стали стеклянными, и она медленно поднялась с кресла и подошла к панорамному окну, за которым бушевал шторм. Она создала такой пейзаж не просто так – внутри у нее так же бесновались океаны, как и за окном.

Океаны сомнений, бури бори и шторма страха. Она не хотела, чтобы этот мир погиб – но от власти тоже не в силах отказаться. В раз, в одну секунду из богини превратиться в смертную? Увольте! Уж лучше сразу смерть.

Правду говорят: Власть – развращает. А абсолютная власть – развращает абсолютно.

Глава двадцать шестая

*Ленни*

Мучительная необходимость сказать правду терзает меня изнутри. Я ненавижу ложь, но вынуждена скрывать произошедшее… Да, какой-то несчастный поцелуй стал для меня страшнейшим проклятием. Астара я простила быстро. Чересчур быстро, и он наверняка что-то заподозрил. А может это он нас видел? Может быть, он уже простил? Вряд ли, думаю, он бы уже поговорил со мной об этом.

Муки совести грызли меня на выходе с земель двуликих. Мы направлялись к родному дворцу, на встречу с матерью. Навстречу воспоминаниям, которые уже стали казаться неправдоподобной дымкой, на фоне настоящих событий.

До портала идти было не более часа, но дорога казалась нескончаемой. Астар вел себя, как обычно – тихо переговаривался с Вельфом, время от времени целуя меня в висок.