Карты, золото, меч

         Атмосфера вокруг была напряжена настолько, что покалывала кожу и заставляла волоски подняться дыбом, так что, думается, тот момент, когда вся эта галдящая масса все-таки ворвется вовнутрь, снося все на своем пути, оставался лишь вопросом времени. Ивейн переглянулся с Артуром, но тот лишь пожал плечами и щелкнул поводьями. Приблизившись, они уже смогли различить отдельные выкрики среди стоящего в воздухе гвалта.

– … вы там что, с ума все посходили?! – кричал какой-то толстяк в соломенной шляпе с широкими полями, гневно сотрясая мозолистым кулаком воздух.

– У меня тут четыре телеги с яблоками! Че-ты-ре! Ты хоть знаешь, бестолочь, что с ними на солнцепеке станется?! Еще пару часов – да их ж только свиньям на корм отдать можно будет!

– … ты, papoose’ayohchiatenhk, – прорычала коренастая орчиха с длинной косой, обращаясь к одному из стражников, пока тот старательно делал вид, что ее не существует, – если я не попаду в город через пять минут, я возьму твое тщедушное тельце и сломаю им…

– … значится, сначала плывем мы на корабле хрен знает сколько, потом столько же на лошадях седалища натираем, – ворчал огромный мужчина, судя по фактуре и одежде – коренной норс, гость с далекого севера, чья черная борода была заплетена во множество косичек, – а они нас даже в город не пускают? Верно у нас на родине говорят – южанин хуже гремлина.

– Ты кого южанином назвал? – огрызнулся стоящий рядом с ним пожилой торговец, обмахиваясь бумажным веером.

– Мы – скорды, а не южане. Ты бы еще орков южанами назвал.

– Да хрен вас разберет – скорд, не скорд, – буркнул бородатый. – А орки ваши – тьфу. В Вольном Крае у орков даже женщины в два раза свирепей этих неженок. Я по дороге сюда видел орка, который в земле мотыгой ковыряется. Орк – крестьянин! Смех, да и только.

Палящее солнце еще больше подогревало и без того распалившихся жителей – в прямом и переносном смысле – и вскоре даже самые спокойные и терпеливые люди и нелюди начинали закипать от бешенства, затачивая мотыги с лопатами в острые колья, превращая крышки от бочек в щиты и переделывая ведра под шлемы.

А неподалеку от их троицы с пяток гремлинов, пыхтя и шушукаясь, корпели над какой-то непонятной конструкцией, состоящей из телеги, большой корзины, нескольких досок и толстого каната – Ивейн не был уверен, но похоже, что скоро протестующие обзаведутся собственной катапультой.