Карты, золото, меч

– Вы нас очень выручили.

– Да собственно я ничем особо и не помог, – слегка растерянно ответил Роб Вен Плут, и, немного помолчав, добавил. – Может быть, все-таки обсудим страховку от троллей?

Глава 11

Отныне и во веки веков, покуда не забудем мы имена отцов своих, пусть наши потомки, и потомки их потомков поступают так: каждому гному опозорившему род свой каким-либо подлым деянием или бесчестным поступком насильно обривать бороду под корень. Пусть щеки и подбородок его будут безволосы, и честь он отмоет лишь своей кровью, а покуда ходит безбородый как тупой и вонючий гремлин.

Автор неизвестен, примерный перевод на людской язык одной старинной гномьей скрижали

Несмотря на все возражения друзей, в таверну «Пьяный гремлин» Ивейн направился в одиночку. На это у него было сразу несколько причин. Первая – чтобы не привлекать излишнее внимание (а надо сказать, их компанию трудно было не заметить). При этом он опасался не только Крысло и его сообщников, которые вполне могли организовать за ними слежку, но и местную стражу – Ивейн просто нутром чувствовал, что вся эта история куда более глубока и запутанна, чем кажется и ставки с каждым днем идут все выше.

И неизвестно, сколько на самом деле игроков сидит за одним столом. Ну, а вторая – неизвестно, захочет ли вообще этот Буги говорить с Ивейном, если тот притащит за собой целую свиту. Думается, как правило, такие люди и нелюди предпочитают решать дела с глазу на глаз. 

Ивейн поежился, вынырнув из сонной теплоты таверны в прохладу ночных улиц.

На смену солнцу, ушедшему на покой, на небе воцарился лунный диск, освещающий землю мягким серебряным светом, чтобы изредка скрыться за рваными облаками, лениво ползущими по небу. 

Если днем улицы города просто кипели жизнью и напоминали огромный гудящий улей, в котором вместо пчел туда-сюда сновали люди и нелюди, то ночью жизнь перемещалась в многочисленные пабы, игорные дома, бордели и прочие места порока, где уставшие от праведных трудов могли спустить монетку другую на кружечку чего-нибудь бьющего в голову.

 

Спустя какое-то время, когда Ивейн свернул с бульвара на небольшую узкую улочку, позади него вдруг послышались шаркающие шаги. Сначала Ивейн не придал этому значения – мало ли, может какой запоздалый лавочник спешил домой отсыпаться – но через некоторое время понял, что звук шагов не стихает, а даже напротив, делается все громче. Судя по всему, кто-то целенаправленно следовал за ним по пятам.