И короли бессильны...

 

- Вы предали меня за золото сутенера! - дико заорал Кархи, окончательно опьянев от выпитого спиртного и нахлынувших воспоминаний из книжки Большого Косяка, вдруг ставших его собственными. - Сестра, ты видишь, во что превратились лучшие семейства нашей страны? В подхалимов, воров и предателей, жалких прислужников эркалонских сводников. Поэтому, господа, продавайте свои ситариэли, их у вас эльфы все равно украдут. 

Разумеется, главный секрет этого дневника - его автор, обычный эркалонский сводник, а заодно - отец короля Восточной Ветви, - Кархи с пьяным вызовом посмотрел на вскочивших эльфов.

- Это наглая ложь! - выкрикнул самый старший из них, схватившись за церемониальный кинжал. - Я требую арестовать этого негодяя и передать в руки нашей стражи. Он, несомненно, сбежавший дезертир. Кархи от такого вранья не на шутку разозлился.

- Я лично читалэтот дневник! - заорал он. - Клянусь священным дуплом! - добавил он легко на староэльфийском. - Этот распутный лесной тиномес, предатель и узурпатор опозорил всех эльфов! Вы тоже предатели! - проревел он.

- Где были Дома, когда моего отца и брата сбросили в овраг? Помогали предателю в эркалонских борделях или сами участвовали в заговоре? Вы - жалкие сыновья сводников и предателей!

Оскорбленные эльфы, расталкивая изумленных гостей, толпой бросились к Кархи, размахивая церемониальными кинжалами, однако не учли, что сами уже не очень уверенно стоят на ногах от выпитого вина. Поэтому до Кархи добрались только два эльфа. Первого из них, кузена эльфийского короля, гоблин ударил бутылкой по голове, но почему-то попал по зубам.

Не растерявшись, добавил ногой в пах и еще раз опустил бутылку, теперь уже точно по темечку.

- Вот так я расправлюсь со всеми предателями моей родины и моей династии. Вы еще услышите о Кирдале, когда мои палачи начнут вешать вас на деревьях, как обычных изменников, -завопил гоблин на весь зал. Второй эльф оказался хитрее и просто схватил Кархи за плечи, блокируя ему руки. 

  - Братик, беги! - вдруг дурным голосом заревела старая принцесса и с яростью опустила на голову эльфа тяжелую золотую супницу.

Эльф упал как подкошенный с окровавленной головой.

  Кархи вдруг начал смотреть на раскрасневшуюся от усилий старуху снизу вверх. В зале наступила тишина, все уставились на гоблина, с ругательствами расстегивающего слишком большой для него камзол.

  - Спасибо, сестренка, - пьяным голосом отозвался Кархи. - Ты всегда меня выручала.