И короли бессильны...

Сзади бежали грабители, один из них прихрамывал, гоблин заехал ему не в пах, а в бедерную мышцу. Второй бежал куда резвее, удар гоблина был не самым сильным из всего, что пережила его печень. Оба громилы ругались на всю улицу, обещая лишить неудавшихся жертв не только денег, но чести, особенно почему-то приглянулся им гоблин. Ему обещали всего и разного, заставляя Кархи бежать еще быстрее.

"Найду Бурха - плюну ему в пиво" - решил гоблин, постоянно подгоняя эльфийку. Та, в отличие от ухажера, не привыкла так быстро убегать от неприятностей, жизнь под защитой тролля оказывается, имела и недостатки.

Почти добежав до конца Гончарной улицы, парочка чуть не нос к носу столкнулась с двумя орками, комплекцией куда больше, чем преследователи сзади, хотя лица тоже не светились добродетелью.

- Вас Бурх послал? - крикнул Кархи, тяжело дыша. Орки удивленно переглянулись и медленно кивнули.

- За нами погоня. Два придурка решили обменять свое серебро на нашу медь, а мы не согласились.

- Серебро? - переспросил орк, глядя на останавливающихся неподалеку грабителей.

- Идите отсюда, пока целы, - добавил второй, вытаскивая кастет. - И привет Бурху передавайте. Кархи вновь увлек непонимающую девушку вперед, а сзади донеслись крики типичной поножовщины. Человеческие крики.

- Кархи, что происходит? - Марсиэль остановилась у огромной лужи, перегородившую дорогу к ее улице. 

- Бурх узнал, что я пригласил тебя на вечер, и захотел приглядеть за тобой. Я его отговаривал, но он все равно поступил по-своему.

- Эту лужу только на плоту переплывешь, - Кархи бросил камушек в середину некстати появившегося водоема. - Давай я тебя перенесу на руках, а то твое платье совсем испортится. Девушка помедлила с ответом, Кархи не выглядел силачом даже для гоблина. С другой стороны, ей было жалко и ее лучшее платье, на него она копила целых полгода. Мода в Эркалоне была безжалостнее уличных грабителей.

- Тебе будет не тяжело? - спросила она как воспитанная девушка и приподняла подол платья.

- Тебя, любовь моя, я готов носить на руках хоть всю жизнь. Едва он произнес это, как его нога поехала по скользкой земле, и он вместе с девушкой упал в лужу, подняв вверх целый фонтан брызг. Сверху его припечатала Марсиэль, и голова гоблина почти полностью погрузилась в грязную воду.