"Толкователи сновидений"

– Скажите уважаемый Клавдий? – спросил профессор – Вы действительно уничтожили тот череп?

– Да!

 – Но зачем?! Почему не направили его нашему представителю ведь это археологическая ценность. Вы же нарушили закон!

– Плевать я хотел на ваши законы, – ответил стрик и злобным взглядом посмотрел на него – Он попортил мою девку, а вы мне свой закон!

– И как же вам помог ваш ведун? – саркастично просил его профессор.

– Сказал, что родиться не какое ни будь отродье, а великий сновидец.

– И что? Вы теперь счастливы?

– По началу был счастлив. Но кто мог предположить, что мой дорогой внучек так «удачно» будет толковать сны. Я думал это будет очередной брехун Бруно Барбаса.

– А все, потому уважаемый Клавдий, что вы сами же доверяете всяким проходимцам вместо того, чтобы обратиться к нам, - объявил Савелий, назидательно вскинув палец. 

– Вы тоже не лучше! И толку от вас всех, как от козла молока. Мешаете нормальной торговле, – отмахнулся старик.

Савелий сразу догадался, что он говорит про контрабанду и удивленно посмотрел на Данилу. Тот лишь виновато улыбнулся.

Перед кабинетом старика к ним вышел прилежно одетый мальчик лет десяти с чрезвычайно умными и проницательными глазами. Он вел за руку молодую светловолосую девушку лет двадцати пяти, видимо свою мать Ульфару. Она была настоящей красавицей хотя вид у неё был совершенно усталый и потрепанный. Сам мальчик был не похож на нее: смуглый, черноволосый с темно-зелеными глазами.

– А это Вы профессор! –  объявил вдруг мальчик – Я так и знал, что вы придете…

– И откуда это вы узнали молодой человек? – спросил опешивший профессор.

– Ааа… Вы все не престаёте удивляться? – улыбнулся он, – Ну как же откуда?! – из сновидений. Кстати, сейчас должны прейти весьма неучтивые гости и я вам советую не делать лишних телодвижений и просто молчать пока вас не спрашивают.

Дед мальчика обречённо прикрыл глаза присев на стул рядом, так и не дойдя до кабинета. Не успел профессор вымолвить и слова как в ответ внизу послышался грохот выломанной двери…

***

Савелий Север и Данила Бруст (что-то усердно пытающийся рассмотреть на потолке), вместе со всеми остальными обитателями дома, ровной шеренгой стояли в гостиной.