Безымянный мир.

Еще немножко и он накопит на клочок земли где-нибудь у берегов реки Бунка, начнет тихую спокойную жизнь, построит уютный домик, разобьет маленький огород, посадит там все, за что на рынки дерут втридорога и после всего этого найдет себе жену, которая нарожает ему сыновей. Пока что денег хватало только на лопату, но чрезмерный оптимизм сироты не позволял унывать.

Вдруг воришка замер, почуяв затылком, что за ним кто-то наблюдает. Такое чувство само собой вырабатывается, когда тебе постоянно кто-то хочет намять бока.

Но не в этот раз. У входа в переулок стоял, какой-то маленький оборванец, с ног до головы замотанный в тряпки, по сравнению с которыми одеяния воришки можно было назвать изысканными. Вначале он хотел прогнать мальчишку, но затем, вспомнив, себя лет семь назад, жестом поманил его к себе и крикнул.

- Ну что там встал мелкий, иди сюда, не бойся.

Бог богов, а это был именно он, не понимал, что от него хотят. Но все же из любопытства пошел в темный переулок. Приблизившись к сироте, он увидел, как тот тянет ему кусок хлеба.

Взяв его, снизошедший вновь был озадачен, не зная, что дальше делать.

- Ешь не стесняйся, тут нам на двоих хватит, - гостеприимный хозяин темного переулка, принял неосведомленность бога за смущение. – Можешь звать меня Клещ.

Взглянув одним глазом из-под черты грязного засаленного капюшона на закидывающего в себя кусочки хлеба воришку, Снизошедший смекнул, что в какое отверстие следовало запихивать.

- Ну что, вкусно? – Клещ был весел и чересчур разговорчив.

- Фкусно,- выдавил Бог, сквозь рот набитый хлебом. Он кажется начал осознавать, что к чему в этом мире и решил добавить,- Пить.

- И вправду, что это мы в сухомятку,- Клещ поднял с земли флягу с кисло бурдой, откупорил и, сделав пару глотков, от которых его перекосило, передал ее своему гостю. Но вдруг его, посетило то же самое затылочное чувство, нарушив утреннюю трапезу двух оборванцев.

У входа в переулок стояло трое. Точнее сказать не стояли, а медленно, словно боясь спугнуть добычу, приближались.

Клещ знал эту троицу, и их появление не чего хорошего не сулило. Братья Корнедубы. Старший Прут Корнедуб самый низкий, но коренастый с широким щекастым лицом, украшенном глазами пуговками, ушами пельменями, носом фосолиной и походившими на гусениц, пухлыми губами. Средний брата – Кнут Корнедуб, описать его можно было тремя словами, тощий, длинный, мерзкий. И наконец, младший - Дрын Корнедуб, силой он был не обделен, но вот умом сами понимаете.