Непутёвый

«Клан» разрастался медленно, но на четвёртый день существования нашей гильдии в её рядах насчитывалось уже восемь человек.

А вот Каспер чудила – всё ради пропитания, надеюсь, иначе то, что она вытворяла, смахивало на некие изощрённые извращения. Она превращалась в маечку (слизывать мой пот), в тапочки, креслице… Зачем в них-то? Чтобы я прикасался к ней? Брр! Оригинальные вещи она, конечно же, прятала на время, выдавая себя за них.

Так она несколько раз отправлялась со мной в школу – тайно, одеждой или портфелем, ручкой, карандашом.

Один раз чуть не доигралась – карандаш затупился, и я заточил его. Дома Каспер обратилась обратно с порезанной головой, после чего лечилась средствами из своей космической аптечки.

Зато одежду я оценил – удобно: никогда не пропотеет, когда вместо неё «синяя» надета. И сам не будешь мокрым и влажным – всё впитывается и всасывается. Для спорта и знойного лета – самый шик. А вот от дождя не защищает – бессовестно пропускает. Не те выделения, видите ли! Единственное, во что я ей запретил превращаться – это в еду и напитки – иначе для едока и самой Каспер это может плохо закончиться… Да, а ещё я ей строго-настрого запретил превращаться в мои трусы…

Я буду тебе маечкой,

Штанами и фуфаечкой,

Ботинками и курточкой,

Простынкою и форточкой.

Могу – собачкой, кошечкой,

Любою милой крошечкой,

Слоном и попугайчиком,

И девочкой и мальчиком.

Хоть уточкой, хоть страусом,

Хоть ёжиком, хоть кактусом.

Едою – не проси меня,

Зови теперь – по имени!

Глава 36. Большой привет из маленького космоса

– Я снова слышу отголоски коллективного разума, – заявила однажды Каспер, она казалась встревоженной, если не сказать, что напуганной.

– Но он не принимает меня! Отторгает!

– Ты же очеловечилась, уже почти землянкой стала, – подколол я её.

– Совсем не смешно! – рассердилась синяя. – Судьба одиночки незавидна.

– В плане разума мы все одиночки. Индивидуальность, личность – это прекрасно! Даже страшно представить себя обезличенной частью чего-то… бо́льшего, коллективного.

– Ты не чувствовал этого, тебе не понять, как это прекрасно! Чувствовать себя многоликим, единым, всезнающим, раскинувшим свои щупальца в самые дальние уголки космоса, мгновенно решать сложнейшие задачи, перераспределяя их между всеми, входящими в нейросеть, – мечтательно говорила Каспер.

– Сверхразум, – кивнул я. – Но индивид теряет себя и становится ничем, безликим винтиком, он теряет всё!

– Но приобретает гораздо больше! – не согласилась со мной Каспер.