Непутёвый

– Понос! О! Я! Я! Дастиш фантастиш! Майн литтл доте из биг долл! А ю ахтунг ми? Ты меня понимаешь, скотина?

– Да-да! Понимаю! – тут же выкрикнул я, услышав окончание речи на родном языке.

– Ты понятная? Мы тебя будем бить и есть! – заявила одна из синекожих.

– Ой! Нет! Не надо! Я не вкусный! – тут же завопил я.

– Шутка! Бил шутка! Процесс анализа и настройка речи планетян закончены, загружаю файл для персональных переводчиков в систему бронекостюмов, – сообщил тот же механический голос корабля.

– Ты май понимай? – вскоре поинтересовалась одна из синих.

– Понимаю, – и я кивнул.

Тут же все синие насторожились:

– Не вырываться! Сидеть смирно!

– Сижу-сижу! Кивок головы у землян лишь символический жест согласия, – попытался объяснить я.

– Мы жительницы цивилизации Альфа-Центавра прилетели на вашу планету установить контакт с Земным коллективным разумом!

– Эммм... Не хочу вас разочаровывать, но вы немного просчитались. У нас разум индивидуален, у каждой особи свой. Нет единого, – с осторожностью пожал плечами я, чтобы они не восприняли этот жест, как попытку вырваться.

– Их разум не объединён в сеть? Какой архаизм!

– Они же ещё недоразвиты!

– Примитив!

– Фи! Бяка!

– Но вы же стремитесь общаться с иными разумами? – с надеждой спросила одна из инопланетянок.

– Думаю, наше общество, наш мир, ещё не готовы к этому. И вам стоит оставить нас доразвиться ещё на пару тысяч лет, – съязвил я.

– О! Так быстро. Это мы живенько туда-сюда сгоняем! – закивали синие.

– Но мы не можем вернуться домой с пустыми руками.

«Интересно, каковы мои шансы вернуться, как они и обещают? – прикинул я в уме. – Фиговые!»

– Стойте! Я не самый лучший представитель! Не самый умный и вам не подойду! Но вам всем очень повезло, ведь я знаю действительно достойного человечищу!

– О, я, я! Показывай на карта! – и они открыли передо мной голографическую глобус-карту нашей планеты. – Можно так приближать и вратить! – одна из синих приблизила знакомым движением пальцами планету, как на сенсорных экранах, а затем коснулась глобусика, отправив тот во вращение.

Наконец, меня отстегнули от кресла, пригрозив на всякий случай:

– Мы тебя видим! Без умностей! – в руках одной синюги появился хлыст. Когда пришелка крепко сжимала рукоять этого прута, то по его длинному висящему "жалу" начинали бегать голубенькие искорки.

«Хм. Если приноровиться, то вполне удобно.