Непутёвый

– Чё?

– Кто-то же должен был остаться для изучения жизни и уклада землян, пока твой друг отправился в двухтысячелетнее путешествие к нам?

– Абзац...

– Так она как?

– Отвянь! – и тут меня озарила догадка – У вас бабы одни что ли только?

– Папы? Нет. Только мамы.

«Ну, точно», – решил я.

– А перед отправкой домой, я настояла, чтобы тебя поместили в медкапсулу, где залечились твой ожог от электрокнута и всякие прочие повреждения мягких тканей: гематомы и ссадины.

– За это, конечно, спасибо, – поблагодарил я, чувствуя, что доставучая боль, родившаяся после встречи с Ларисой, действительно, отступила, но у себя оставлять эту пришелицу я не собирался, тем паче, что не один живу.

– Тебе нельзя оставаться у меня! Никак нельзя! А, вдруг, тебя найдут? Да тебя, точняк, увидят тут! – я покачал головой. – НИКАК!

Лёгкий хлопок, и инопланетянка превратилась в торшер, точь-в-точь, как стоял в полуметре от неё. Точная копия:

– Видишь? Не найдут, – послышался голос из пространства.

– Ну да, а с чего, спросят, у тебя два торшера в комнате стало? Ты уж превращайся тогда во что-нибудь менее заметное или более многочисленное!

Хлопок, и на месте торшера валялись джинсы! Я обернулся и увидел свои, скомканные и заброшенные вместе со школьной рубахой в угол.

– Ну капец! А если я тебя по ошибке на себя натяну?

– Не страшно! И даже очень хорошо! – раздался её голос.

– Ещё как не хорошо! Даже очень не хорошо! – вспылил я, представив, как нечто живое и влажное обволакивает мои ноги и задницу.

– Как скажешь, – подозрительно просто согласилась она, или, может, я зря так сразу принял её за извращенку?

– А как тебя зовут?

– У отдельного представителя коллективного разума не может быть идентификатора. Он не важен и не нужен! Незаменимых нет!

– Нет, ну мне же всё равно как-то нужно называть тебя, обращаться к тебе!

– Не нужно! Я сама решу, когда с тобой поговорить, примитив, – она превратилась обратно в синюю.

– Вот спасибо, вот уважила!

Пришелка снова превратилась в.

– Так! Стоп! Я возражаю! Прими за правило, если хочешь прижиться на планете Земля: никогда, запомни, никогда не превращайся ни кв кого из людей!

– Лады! – подозрительно легко согласилась она и вновь стала прежней синюшной.

У неё заурчал живот, как от голода.

– А чем вы питаетесь?

– Пищей!

– Сурьёзно! Но – какой?

– О, на любой планете, где теплится жизнь, мы найдём для себя пропитание.