Волшебство без прикрас

Уж точно не из жалости или человеческого сострадания – суровая российская действительность давным-давно выбила из меня все эти глупости, превратив в бесчувственного негодяя и скрягу, который всеми правдами и неправдами пытался прожить от зарплаты до зарплаты. Думаю, все дело в блеске пряжек на его чудны́х туфлях. На мгновение мне показалось, что в свете ночных фонарей я уловил блики самого благородного и ценного металла в мире. 

– Чего таращишься, абалдуй?! Шагай дальше! – сказал один из гопников – коренастый парень лет двадцати пяти с бритой головой и в потертой косухе на голое тело, когда увидел, что я наблюдаю за происходящим.

«Судя по говору, это вообще залетные, –отметил я про себя. – Теперь, или проваливать, пока еще не поздно, или попытаться отбить недотепу», – пронеслась у меня в голове несуразная и глупая мысль.

– Это ты кому сказал?! – как можно суровее произнес я, направляясь в сторону гопников. Те переглянулись, видимо соображая, что со мной делать. 

Через несколько шагов, чтобы показать свою решительность, я показал пальцем на коренастого и рявкнул: 

– Сюда иди!

«Надо же, я и не знал, что могу так орать», – пронеслось в моей голове.

– Митяй, выпиши-ка ему, – прохрипел тощий сутулый гопник. 

Мне на встречу шагнул здоровяк под два метра ростом, с огромными кулаками, массивной бритой головой и тоже в косухе на голое тело, из-под которой торчало белое волосатое пузо.

«Куда я лезу?» – пронзила мой мозг отчаянная мысль.

Приблизившись на расстояние удара, Митяй размахнулся и выбросил вперед правую руку, целясь мне в голову.

Митяй скукожился, взялся за ушибленное место и заскулил.

«Вот это у меня реакция», – подумал я и перешел в наступление.

Моя правая рука буквально сама собралась в кулак, после чего последовал удар в челюсть здоровяка. Тот крякнул и распластался на тротуаре.

Не веря своим глазам, гопники вновь переглянулись.

Я, между прочим, не менее удивленный, вновь указал на коренастого и со словами: «Сюда иди!» направился к нему.

– Чего стоите?! – прохрипел сутулый. – Мочите его!

Коренастый и еще один – он был немного повыше, атлетически слажен и на нем единственном из банды была не косуха, а цветастая футболка, бросились на меня.

«Они же меня уроют. Я всю жизнь буду на лекарства работать и то, если выживу», – не смотря на эти мысли, ноги продолжали нести меня вперед.