Зай по имени Шерлок

Ну конечно же, чуть сладковатый запах с примесью сирени и лаванды! И еще немного пахло лисой и, если мне не изменяет память, чем-то таким знакомым… сосисками! Соевыми сосисками – ни грамма мяса, соя, загустители, ароматизаторы, усилители и прочая дребедень, позволяющая выдать желаемое за действительное. Я еще раз поднес к носу записку. Что-то защекотало мне нос, я поморщился, рывками вбирая воздух.

– А-апчхи! – не вытерпел я и поглядел на записку. Из краешка тонко выделанной бересты торчал рыжеватый волосок – вот откуда слабый лисий запах, перебивающий даже духи.

– Что вы нанюхали? – нетерпеливо осведомился Шерлок Зай.

– Здесь волосок, – указал я на находку.

– Да-да, короткий рыжий волос. Что с запахом?

– Шерсть лисы, – вернул я записку Шерлоку Заю. – В смысле пахнет лисой.

– Мне тоже так показалось, но я не был уверен. Духи перебивают.

– Духи «Силанель, номер пятый» – дорогая штука, однако!

– Выходит, записку писал вовсе не злобный морщинистый Анубис, а лиса-модница – это уже попахивает сговором.

– Шерлок Зай повертел в лапе записку и отложил ее на стол.

– Еще пахнет сосисками, предположительно местного изготовления, ненатуральными.

– Лиса, пользующаяся дорогими духами и обожающая суррогатные сосиски, – подвел итог Шерлок Зай. – Кстати, почерк писавшего действительно, скорее, женский – слишком вычурный и изысканный: буквы выведены любовно, одна к другой, ненужные завитушки и плавные переходы. Так что, как говорится, шерше ля фам!

На место мы прибыли лишь в полдень.

Расстояния, небольшие на карте, вылились в пусть и не утомительную, но получасовую прогулку по лесу – и это еще напрямик! Следуя по дороге, мы бы убили не меньше часа.

Домов здесь и вправду не было ни одного – картограф не ошибся: берлоги, норы, дыры в земле. Из-под огромного камня на нас таращилась немигающим взглядом давешняя змея – я признал ее по узелку на хвосте. Неужели никто не может помочь бедному пресмыкающемуся? Тоже мне, соседи называется! Но мне, честно говоря, тоже не особо хотелось приближаться к ней.

Меня от вида змей в дрожь бросает.

Змея ничего не сказала и вновь спряталась под камень в прохладную сырость. Мы прошли мимо и углубились в бор. Деревья здесь росли редко, небольшими обособленными кучками. Места свободного много – то ли специально кто деревья вырубил, то ли ветром повалило, и их растащили на дрова или иные нужды.

Неподалеку шумела речка, невидимая отсюда.