Груша, Велькс и Лермонтьяк

Неуверенные блоки лёгкой шпаги были вмиг были сбиты и продавлены. Про контратаки и речи идти не могло. Пара вздохов и колбасина, воняющая пухом птичьим начала раз за разом пыль выбивать из фиолетового тела.— Ау! Живой, чудо чернильное? Что ты там бормочешь? 

Да… Не богатырь. Эх, Груша-Грушенька, и не стыдно? Простака, что ребёнка отделала. Ворочается в песке щенком слепым… Но духом силён, похоже. Не отнять, ага. Ну да простит Асина… Точно простит. Вот куда б её смирение делось, если б первый встречный на Ярмарке предложил сходу детей делать?

Тут снизу донеслось:

— Скажи-ка, папа, разве даром

Учил уколам и ударам,

Ты пылкого юнца?

Да слишком был самоуверен.

..

Вот результат - клинок потерян.

Синяк на пол-лица.

— Что-что? – не удержавшись спросила глупо. Вроде и поняла всё, да не ожидала песен. А противничек-то мой вновь губы разбитые разлепил:

 — Ну, как чувствовал... Что ж за день-то сегодня?! Погиб поэт, судьбы невольник – Пал ниц, осмеяный толпой, За мелочь, за несчастный стольник Позорно слил девчонке бой… 

И потерял сознание…

Кооз меня своим вниманием балует сегодня.

.. Оно мне надо?! Так, вот и куроводы, что к корешу своему на помощь набежали. Птичка-то в порядке уже вроде. Стоит – не падает. Очень кстати вы ребятки. Ну-ка взяли эту тушку! Да нежнее! Досталось ему… Ага, над шатром Гуляма-лекаря дымок.  На месте гриб старый. Туда несём! 

Птичники без разговоров подхватили постанывающего чужинца! Тише-тише, недотёпы! Не мешок с отрубями для куроней тащите.

 

Я полог подхватила, куроводы нырнули в темноту, из которой дымом ароматным пыхнуло, аж в носу засвербело. Пока прочихалась, носильщики назад выскочили и в разные стороны, что те тараканы пырскнули. Ну да Кооз с вами! Вдохнув поглубже свежего более-менее воздуха снаружи, сама под полог нырнула. 

У Гуляма тоже глаза смешные стали. Видать не видал старик людей сиреневых.

Давай уж, не кривись, шамань. Без таньги не останешься. Я сказала! Таньга – слово волшебное. Ну, в пределах Ярмарки – точно! Как услышал, мигом в себя пришёл. Нужное с полок хватает не задумываясь. Ну, опыт не пропьёшь, наверное.

Куда б себя деть пока? В обиталище гулямовом – сумрак. Чем врачует хозяин-то, интересно? В центре жаровня стоит, тлеет в ней что-то, пряным тянет. Пучки трав развешены, посуда какая-то.