Бесконечная духовность: между Раем и Адом

Коридоры были настолько просторными, что в них можно было бы устроить марафон для всех грешников сразу. Потолки, точно бездонный колодец, не имели конца, сужаясь в самом верху и оставляя после себя чувство головокружения и бесконечности.Гул неспешной ходьбы и шаркающих сандалий вывел меня из оцепенения. Я посмотрел в угол и увидел маленького лысенького старичка с колокольчиком, который, точно павлин, брел медленными шажками по коридору, перебирая свои маленькие волосатые ножки.— Дилинь... дилинь, — худощавый старичок разжал губы, и я услышал его тонкий и скрипучий голосок.

— Рыбалка, пять минут, до рыбалки пять минут, — протяжно и нараспев бубнил старичок, так сильно похожий на монаха-отшельника, показываемого нам на «Первом канале».— Какая рыбалка? — удивился я.В этот момент в воздухе раздался звук горна и шум тысячи топающих ног.— В сторону! — откинул меня старичок точно тряпку, проявив неожиданную силу.Я услышал жар проносящегося ветра и запах кислого пота. Мимо нас пронеслась толпа существ, напоминающих помесь рыбаков и демонов, с удочками наперевес. Спустя несколько мгновений все утихло, и лишь стук уже привычных сандалий раздавался по коридору.— До рыбалки осталось 2 минуты, — объявил старичок.— Должны успеть! — Диальдо дернул меня за руку и, приставив печать к колонне, произнес: — Вот веселуха-то будет!Колонна развернулась. Снизу, вздымаясь к нам, появился кусок развернутой коры дерева, усыпанный сухими ветками и обгорелой листвой.— Кидай свою тушку! Че стал? — поторопил меня Диальдо. — Я? — переспросил я, с опаской глядя на этот странный "транспорт".— Нет, мать Христофора Колумба! — закатил глаза Диальдо. — Конечно, ты! Или ты думаешь, что в раю есть эскалаторы?Вступив на мягкую поверхность, я посмотрел вниз и почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота.— Ух, — выдохнул я, и меня отшатнуло.Ковер рванул наверх с такой скоростью, что я почувствовал себя героем "Аладдина" на сверхзвуковом ковре-самолете.Спустя пару уровней он остановился и повис в воздухе.Ритмейстер нажал ногой на край коры, сломав пару веточек, и она послушно опустилась. — Ну, давай же быстрей, опаздываем! — поторопил меня Диальдо.— Рыбалка? — уже догадавшись, произнес я.— Она родимая! — подтвердил Диальдо. — Только здесь рыбачат не на карасей, а на грешные души. Говорят, особо удачливым иногда даже праведники попадаются!— Чудо чудноеее, море юдноеее, девочка стоит и ждет свое мохнатоее и занудноеее, — запел Диальдо, видимо, какой-то местный рыбацкий фольклор.