КАК-ТО РАЗ ОСЕНЬЮ НА ПЕРЕКРЕСТКАХ ДОРОГ

   Снупи было очень хорошо, и он даже не сразу понял вопрос Стренжа: "Долго еще спать собираешься?"

   Снуп вздрогнул во сне и проснулся. На пороге его дома стоял Стренж и улыбался. Снуп вскочил в своей кровати, а Стренж, проходя к столу, сказал:

   - Иду, смотрю не встречает никто. Да и топор ведь заныкал скорее всего куда-нибудь, бестолковщина.

   - Да ты всегда ночами возвращайся! Кто ж по ночам встречает? А топор я тебе щас не отдам. Вдруг зарубишь от избытка чувств.

   Стренж улыбнулся:

   - Про топор это я так, к слову пришлось. Кто тут уже?

   И пес поведал приятелю о событиях последних суток. Стренж слушал внимательно, поминутно поглядывая на чайник. Он старался сделать взгляд настолько выразительным, чтобы Снуп понял, что ему, Стренжу жрать хочется. Снупи понял и быстро поставил чайник на огонь.

   Завтракали шумно. Стренж как будто забыл о хороших манерах и сейчас больше напоминал Конана. Правда был менее выбрит.

   После завтрака Снуп и Стренж пошли по окрестностям: Стренж на свою поляну - шалаш строить, а Снуп просто так, за компанию.

   В эту ночь в мир вернулись еще Рыж, Танчик и Серебристый.

   Рыж передала Снупу записку, в которой печатными буквами было написано: "ЖИВ ЧУГАДА!"

   Это мог написать и Чугада и НЕМОЙ. Рыж сказала, что записку ей передала Мадам, но не сказала от кого. Поскольку шибко торопилась.

   Мир уже начал потихоньку обживаться.

Появившиеся обитатели шумно здоровались друг с другом, смеялись, кричали. Снуп шел и тихо радовался. Зима закончилась.

   Остаток дня пес провел в размышлениях: от кого же он получил послание?

  ГЛАВА 3,

  

  в которой появляются Аноа и Чугада

  

   Весна была уже в самом разгаре. Теперь счет шел уже не на дни, а на часы. Обитатели возвращались в родные места, что называется толпами. Причем, с разных сторон.

   Ежедневно, как на службу, Снуп ходил к перекрестку и встречал.

Любого другого суета перекрестка в те дни могла только утомить. Любого. Кого угодно. Но только не пса. Он буквально дышал этой толчеей и суматохой. Едва успевая отвечать на многочисленные приветствия, он постоянно искал глазами в этой разношерстной толпе сутулую фигуру обезьяна, но того так и не было. НЕМОЙ здорово задерживался. Тревоги пса по поводу своего приятеля принимали угрожающий оборот.