Джокер Мультиверса

Наконец я доплелся до ристалища и как только сделал первый шаг на площадку, миновав гвардейцев из оцепления, с противоположной стороны из свиты Герцога красуясь выпрыгнул двухметровый красавец, держа в руке сверкающую шпагу, по виду парную моему клинку.

Зал ахнул, а женские сердца в унисон забились так громко, что казалось стали слышны во внезапно установившейся мертвой тишине. Все же женская логика не предсказуема. Наверняка подавляющее большинство присутствующих дам понимают, что Ошуе беспринципный негодяй.

И, тем не менее, стоило этому мачо продемонстрировать свою прекрасную физическую форму, они готовы простить ему все, готовы восторгаться им и тайно жаждать любви. Ну да ладно, к черту это философское отступление, младший Ошуэ уже стоит повернувшись лицом к Герцогу, ждет сигнала. Всё, дождался величавого кивка от Герцога, знаменующего начало дуэли. Затем резко вытащил клинок из ножен, небрежно отбросив сами ножны в сторону, и стремительно пошел мне навстречу, поигрывая шпагой.

Я тоже попытался вытащить клинок из ножен.

Должен признаться, что это получилось у меня не так виртуозно как у маркиза. И в результате серии нелепых движений, шпага оказалась у меня в левой руке, а ножны - в правой. Попытка поменять их местами окончательно выбили меня из равновесия в прямом смысле этих слов, я споткнулся о собственные ножны и сделал шаг назад, выскакивая за границу дуэльной площадки. Гвардейцы из оцепления расступились, не желая ко мне прикасаться. К счастью, нашлась среди зрителей в толпе добрая душа. Кто-то добрый поддержал и выпихнул меня обратно. Даже под зад не пнули! А я перецепившись через собственные ножны, которые так и не выпустил из правой руки, грохнулся на пол. Зрители ахнули.

Зеркальный, натертый до блеска вощенный паркетный пол и толчок в спину способствовали тому, что я на приличной скорости мчался на собственном брюхе навстречу приближающемуся ко мне противнику, выставив вперед шпагу. Хорошо хоть ножны успел потерять по дороге. Мне крупно повезло.

Маркиз, глядя на мой слалом, ошеломленно остановился, и я проехал мимо в метре от него. Наконец, притормозив, с трудом поднялся, предварительно встав на четвереньки, и повернулся лицом к противнику, направив шпагу в его сторону. Ошеломленное выражение так и не покинуло лица маркиза. Но теперь оно было вызвано не моим кордебалетом, а лужей крови быстро растекающейся у его правой ноги. Похоже проезжая по полу мимо маркиза я случайно кончиком шпаги задел его ногу.