Дракон на поводке

Елена замолчала, напряженно глядя себе под ноги.

- Те твари… Это порождения магии, - сказал я.

- Тоже мне, сыщик, - съязвил Жало.

- Я к тому, что, когда мы их убили, их создатель это почувствовал. Он знает.

- И что ты предлагаешь?

- Надо ускоряться.

- Как?

Я остановился.

- Если я приму свое истинное обличие, то мы привлечем много внимания. Но ведь летать умеют не только драконы.

Елена и Жало уставились на меня. Жало – непонимающе, Елена – настороженно.

- Я могу обратиться в орла, вроде тех, на которых мы летали.

Но больше.

Мои спутники переглянулись.

- Из веревок можно соорудить крепления. Вы втроем заберетесь на меня, и мы за несколько дней преодолеем нужное нам расстояние.

- Звучит хреново, - Жало, кажется, слегка побледнел.

- Решайте скорее, за нами погоня.

Я чувствовал тех же псов на расстоянии нескольких километров позади нас. Их было в разы больше, чем мы смогли убить в сожженном поселении.

Елена молча кивнула. Я положил Наки, который до сих пор был без сознания, отдал свои вещи Елене.

Жало разматывал веревки. Через минуту я предстал перед моими спутниками в облике гигантского орла.

Когда мы взлетели, псы были уже в нескольких минутах от нас. Я видел их пылающие туловища, нарезающие круги вокруг места, где мы только что стояли. В гневе и бессилии они начали выть. Им вторили волки где-то за холмами. Видимо, посчитав огненных тварей своими сородичами.

Вскоре вой остался позади. Впереди же белела бесконечная ледяная равнина.

Глава двадцать третья, в которой мы исследуем Белые Земли

Чем ближе мы подбирались к Белым Землям, тем меньше живности нам попадалось.

Во время остановок на привал, мы старались делать запасы из съедобных растений и животных, которых мне удавалось добыть.

Прошла неделя с тех пор, как мы оторвались от огненных псов Хоакина. Наки уже пришел в себя и был довольно бодр. Днем мы летели, ночью спали, закутавшись в тряпки. Впрочем, мне кутаться было без надобности. Хоть я и чувствовал холод, и он был немного неприятен, навредить мне он не мог.

В какой-то момент мы поняли, что оказались в Белых Землях. Никакой границы мы не пересекали, не было никакого горного хребта или реки, отделяющих нас от ледяной пустыни. Она наступила как-то плавно, незаметно.

Взлетая, я уже не видел и не чувствовал людей, фигурки которых раньше то и дело мелькали внизу, в маленьких поселениях или на торговых дорогах. Зверей и птиц тоже почти не стало. Только холод и снег, под которым спала промерзшая земля.