Дракон на поводке

Но держались подальше. Большинство из них едва стояли на ногах, некоторые были избиты, причем совсем недавно. Скорее всего этой ночью.

- Это поселение еретиков. Поклонников почти сгинувшей религии, почитателей Всебога, - ввела меня в курс Елена. – Осторожнее, они очень обидчивы. Не хотелось бы устраивать тут кровавую баню.

- А что за Всебог? И почему он забыт? – поинтересовался я.

- Потому как слишком свободолюбивая религия, - хохотнул Жало. – Их бог им ничего не запрещал. Хочешь – воруй, хочешь – убивай.

Главное – молиться и почитать Всебога, коня ему в дышло. Теперь у Объединенных Королевств новые боги. Целая толпа – всех и не упомнишь.

- Объединенных королевств? – удивился я.

Жало и Елена взглянули на меня, словно я сморозил какую-то глупость.

- Ты что ж, не знаешь, где живешь? – удивленно спросила Елена.

- На земле, где же еще. Когда в последний раз узнавал, помнится, эту присвоенную себе землю люди называли королевством Пи́нгласс. Правда, давно это было.

- Пингласс не существует уже больше сотни лет.

Теперь это королевство Ста́ймхолл. Со столицей в Ли́верхолле. Провинция Объединенных Королевств Гре́тхом.

Я пожал плечами.

- Земля, на которой живет дракон, принадлежит ему. А притязания людей на эту землю меня всегда забавляли.

Мои спутники не ответили. Мы заезжали во двор таверны. Вывеска гласила: «Подмышкой у Всебога». Жало и Елена спрыгнули с коней и вошли внутрь, и я последовал их примеру.

Таверна была пуста. Если не считать валяющегося в углу пьянчугу и хозяина таверны, который пытался навести тут порядок.

Работы у него было много: мебель перевернута, по полу разбросан мусор, остатки еды, осколки и все это щедро приправлено кровью.

- У вас тут что, бешеные собаки напали на бешеных котов? – скривился Жало.

- Нет, - ответил тучный небритый хозяин таверны, поглядывающий на нас из-под густых седых бровей. – Праздник.

Пояснений по поводу того, кто и что праздновал не последовало, а выспрашивать мы не стали.

- Принеси-ка нам чего пожрать, уважаемый, - сказал Жало, когда мы уселись за наименее грязный стол.

- Осталась только каша вчерашняя и хлеб, - пробубнил уважаемый. – Готовить ничего не буду.

Мы пожали плечами.

- Ладно, неси свою кашу.

Когда хозяин таверны поставил на стол грязный котел, на дне которого виднелась засохшая овсянка, я решил завязать беседу.

- А почему таверна называется «Подмышкой у Всебога»? Не оскорбляет ли это чувств верующих?

Хозяин злобно уставился на меня.