Дракон на поводке

– Я верю в то, что вы бьетесь за идею, а не за власть. Но, оказавшись на вершине, люди меняются. Меня мало волнует судьба Ста Двенадцати Королевств. Я хочу узнать, что будет с землями Бера.

- Как и другие порабощенные территории, они вернутся к истинным хозяевам.

- И как же славная Елена будет определять, кто истинный, а кто – нет? Ведь на земли Бера, помимо нас, претендуют и другие желающие, доказывающие, что здесь их историческая родина.

- Очень просто, - сказала Елена. – Земли вернутся к тем, у кого их отнял Хоакин.

Ниид задумался. Повернулся к Хоррену. Тот быстро достал из-за пазухи большой свиток. Ниид взял его и развернул перед нами.

- Это договор. Гарантия того, что Елена Одосская в случае победы сдержит свое слово. Я помогу только тогда, когда под ним будет стоять твоя подпись. Кровью, разумеется.

Елена долго и внимательно читала рукопись. После чего сказала:

- Я не могу это подписать.

Ниид как будто ожидал этого.

- Что ж, Елена, тогда нам не по пути.

- Здесь есть обязательства, которые я не могу на себя взять.

Не имею права. Такие вещи должны решать все свободные королевства, а не один человек.

- Не будем так категоричны, - вклинилась Телия. – Всегда есть возможность прийти к компромиссу.

Я к тому моменту уже объелся. Горячая говяжья похлебка, баранина, запеченные глухари, молочный поросенок, пироги, торт и прочие лакомства не желали помещаться во мне, но язык требовал продолжения. Чтобы не искушать себя, я встал из-за стола. Этого почти никто не заметил. Елена, Ниид и Телия погрузились в обсуждение юридических деталей договора и, судя по всему, надолго.

Я отошел подальше и стал рассматривать, что творится внизу.

По всей видимости, под залом наблюдения, была лишь часть промышленной мощности Муравейника, расположенной внутри горы. Готовые изделия – в основном оружие – увозили из цеха через арки, а что за этими арками видно не было.

Я завороженно смотрел, как металл и огонь при помощи человека порождают смертоносные клинки, мечи, топоры, кувалды. Люди никогда не довольствовались тем, что дает им природа.

Прибить соперника камнем, без помощи хитроумных устройств и продуманных методов ведения боя им недостаточно. Съесть мясо, зажаренное на костре без всяких специй и причудливых способов приготовления, для них дико. Все, что попадает к ним руки, они норовят изменить, подстроить под себя. И этот процесс не останавливается ни на секунду. Люди пытаются переделать природу, не спрашивая, согласна ли природа на такие изменения.