Некроманты любят сыр

Вслух же со вздохом призналась:

- Там уверенность в себе, легкость общения, заряд оптимизма и жажда жить, кажется.

- Кажется? – Палтус схватился за голову.

- Ты этого червя своим корявым «накус-выкусом» еще у меня дома как-то странно закольцевала в самоподпитывающийся поток. А теперь даже страшно представить, что за тварь из него получится.

Мы, не сговариваясь, скосили взгляд на слегка померкшего, но все еще окутанного зеленоватым свечением Пискуна. Мне страшно не было, червячок мирно дремал, и уж не знаю, была ли в том вина чар или сказались насыщенный день и некоторая порция выпитого, но вместо разумного со всех сторон предложения уничтожить эту невольную жертву обстоятельств, я уверенно заявила:

- И ничего и не тварь.

У него имя есть! И он мой питомец, сам сказал. Возьму с собой в этот, как его, Мухомрийск, буду дрессировать на досуге.

- Ну не знаю, неизученный образец, подвергшийся нелицензированному вмешательству и…

- А ты мне направление на практику рыбьим жиром извазюкал! – привела я аргумент.

Палтус покачал головой и вздохнул.

- Серьезно, он хоть и мелкий, но с подобными экспериментами не шутят.

- Слушай, я же к выпускнику ЛАМа еду. Какому-то там невероятно способному. Если что-то пойдет не так, подкину ему Пискуна в ящик стола и скажу, что он сам приполз.

Палтус рассмеялся и погрозил пальцем:

- Святоша, Пшенка точно куда-то отлучилась, когда тебя в ее обитель пристраивали.

Я на эту вопиющую наглость фыркнула и кивнула на Тимьяну.

- Иди девушку развлекай.

А божий промысел, - неопределенно повращала рукой в воздухе, - нам неведом. Так наставница всегда говорит.

И все-таки застать хвост рассказа о последней свадьбе я успела. Специфическая история, когда не знаешь тебе больше смешно, страшно или неловко. Наверняка каждый хоть раз в жизни слышали выражение: «только через мой труп!». В данном случае вышло абсолютно дословно.

- А я им и говорю, позвольте, но я некромант, а не священник! – громко возмущался Говард.

- Как романти-и-ично! – закатив глаза, вздохнула одна из девушек справа от него.

Любопытные у нее представления о романтике. Свадьба зомби… ну такое себе удовольствие.

- Последняя воля – закон, особенно если она нотариусом заверена и оплачена честь по чести, - с хрипотцой в голосе и значением во взгляде произнес пожилой мужчина, тоже прислушивающийся к разговору. – Вот помню, лет пять назад случай был…

Я улыбнулась и в полной мере ощутила себя на своем месте.